Идалгир торопился, он уверенно шел по тротуару по знакомому с вечера маршруту. Как назло казалось, что дорога постоянно удлиняется, а ноги становятся ватными. Но маг не сдавался, он бежал, задыхался, потом снова шел. Ему хотелось как можно скорее уйти от дома Ларисы, этой ненавистной девушки, в чьей квартире ему оказалось суждено открыть магическое окно.
Кто она? Красавица и умница, с виду принцесса, с гордо задранным носом, пронзительным взглядом и статной осанкой. А на самом деле — отвратительнейший человек, трусливый и боязливый, который создал для себя свой собственный мирок и ищет ему бездейственных слабохарактерных обитателей, желающих плясать под дудку бездарного демиурга. В итоге никто не соглашается жить по ее ничтожным правилам, и девушка провозглашает себя обиженной жизнью. Таких в Вейлинге быстро учат. Выдают замуж за орка или тролля, и через положенный срок девушка спокойнехонько стирает пеленки для маленьких полукровок и не жалуется на тотальное непонимание. У нее просто не остается времени на дурацкие фантазии и мысли, не соответствующие ее статусу.
Марина. Еще один типаж невыносимой особы. Мирок-то она создала, но потянуть его ей не по силам. Девушке вечно не хватает денег и потому она всех вокруг воспринимает исключительно как источник дохода, а когда выдается минутка не думать о заработке, она охотно обо всем забывает. Такая бы в Вейлинге стала разбойницей и весьма скоро закончила бы свои дни на виселице.
Маг оглянулся. Погони нет. Пока нет. Но это временно. Лариса и Марина скоро кинутся его искать… Чтобы забрать его в свои миры, назвать собственностью и не отпускать. Идалгир, бросился прочь, как вдруг его остановил пронзительный сигнал сирены прямо за спиной. Обернувшись, он увидел, что у края тротуара сверкает круглыми фарами старая полуразвалившаяся машинка, с которой и краска-то наполовину слезла, обнажив древнюю ржавчину.
— Эй, чувак! — окликнул мага высокий толстяк.
И как только он поместился в миниатюрную машинку — подумалось Идалгиру, но маг предпочел не озвучивать своих мыслей.
— Да, здравствуйте, почтенные путники, — вежливо отозвался гость из Вейлинга.
— Не подскажете, как проехать к… — и тут этот громадный человек, которого в Вейлинге маг бы, не задумываясь, окрестил троллем, назвал адрес клиники доктора Соболева.
Идалгира бросило в холодный пот. Вот и сказочке конец! Нашлись еще прихлебатели! Но что-то в глубине души шепнуло: 'Им не нужен философский камень!'
— Хорошо, я вам покажу, если подвезете, — прислушавшись к внутреннему голосу, сказал маг, — только мне в тот же район надо.
— Без проблем, чувак! — изо всей силы толстяк шибанул Идалгира по плечу, после чего еще долго тряс кистью: не ожидал же он, что ему встретится металлический человек.
Да и Идалгир предпочел особо не светиться. Он натянул на нос косынку, а на голову — капюшон. Нечего случайных помощников пугать своей неприглядной внешностью и нестандартным оттенком кожи. Но когда маг устроился поверх расстегнутых ремней, он бросил беглый взгляд в очутившееся прямо на уровне его глаз зеркало заднего вида. И на душе похолодело. Оттуда на него усталым тяжелым взглядом смотрел знакомый человек. Водитель маршрутного такси. Получается, толстяк прекрасно знает, куда держит путь, но ему зачем-то понадобился случайный прохожий. Или же шофер-неудачник опознал в ночном гуляке давешнего мага.
Идалгир попытался было выскочить из машины, но не успел. Сорвавшись с места, древнее чудо российского автопрома умчалось прочь. Оставалось только подсказывать повороты и думать, с какой стати вдруг разбойнику-водителю понадобилось к Соболеву, и кто этот толстяк. Но мужчина сам ответил на волновавшие мага вопросы:
— Жена у меня там. Говорили в новостях, что доктора убили. Лишь бы Марина…
Так вот он какой, этот Славик, в котором медсестра души не чает! Да уж, в отличие от благоверной, он-то о ней волнуется, а эта Марина ни разу не вспомнила о муже. Ну и женщины в этом мире неправильные пошли. С одной стороны хотят, чтобы их любили, а с другой — всем своим видом показывают, что мужчины нужны им только когда их душонке захочется. И с ума сходят не по деловитым любящим мужикам, а по смазливым ублюдкам вроде этого Андуса. Вполне возможно, живя в Пируасе, он выглядел куда более достойно. Это пять лет жизни тут преобразовали его, он нашел легкий способ нравиться женщинам и с превеликим удовольствием пользуется им. Марина восхищается этим пустым красавчиком, когда отец ее ребенка места себе не находит. Успокоить бы его…
— Жива ваша Марина, — ляпнул маг, а потом сообразил, раскрой он перед мужиками все свои карты, не довезут они его до клиники.