Замечаю Вовину машину на парковке и с нетерпением выглядываю на улицу. Не могу его рассмотреть: быстро скрывается за домом. Хватаю коробочку, поспешно наношу на кожу несколько капель любимых духов и почти бегу вниз. Вова уже ждет. Замираю на ступеньках, увидев его во всей красе. Постригся. Немного по-другому, более современно, молодежно. Сменил костюм на светлые брюки и поло. Выглядит классно, я бы на него точно обратила внимание на улице или в толпе. Он выделяется из массы людей.
– Привет.
– Привет, – так и стою, хлопая ресницами, позабыв, куда шла.
Его взгляд тоже скользит по моему платью. Вдруг ему не понравилось?!
– Наверное, стоило надеть что-то более праздничное.
– И так красиво.
– Что именно?
– Платье. И бусы.
– Это колье, – поправляю. Платье он оценил, а меня? Дождусь ли комплимента из его уст? Наверное, язык не поворачивается, сказать что-то личное.
– Ну колье, без разницы, – продолжает гипнотизировать взглядом.
– Еще пояс ничего, да? И туфли, – не могу удержаться, чтобы не съязвить.
Кивает.
– А у тебя… майка норм. Сойдет.
– Это поло, – показывает осведомленность в одежде. Как будто бы я не знала без него.
– Без разницы.
– Пойдем? Или будем стоять, оценивая одежду друг на друге? – делает шаг и становится вплотную, располагая руки на перилах по обе стороны от меня. На второй ступеньке я как раз на уровне с ним. Глаза в глаза. Близко. Так что, если подамся вперед, коснемся носами… О чем я вообще думаю?!
– Ты еще не все оценил.
– Да? Предлагаешь мне прямо здесь оценить то, что сразу не видно?
– Пффф.
Это уже слишком. Краснею и отвожу взгляд.
– А вот и именинник… – голос Татьяны Михайловны вырывает меня из состояния смятения. Что она подумает про нас?! Вова не торопится отступать. Только поворачивает голову в сторону матери.
– Амалька тебе сюрприз приготовила. На кухне.
– Да? Любопытно…
– Ждем вас, приходите, – одаривает нас многозначительным взглядом и скрывается за дверью.
– Посмотрим?
– Конечно! Слушай, Вов…
– Что?
– Может быть, если ты не против, конечно…
– Говори.
– Мне кажется, твоя мама тоже хочет тебя поздравить.
– И?
– Давай возьмем ее с собой? Ну у тебя же там гости будут… она не помешает.
– Вряд ли ей будет интересно с нами. – Вижу, как Вова меняется в лице. Мыслительный процесс заметен невооруженным взглядом. Наверное, я что-то не так сказала…
– Извини… просто я подумала, что… неважно.
– Пойдем. Она меня уже поздравляла с утра. А сейчас пусть еще при тебе поздравит, если хочешь, – кивает в сторону кухни.
Амалия сидит за столом перед аппетитным тортом. Увидев Вову, она начинает хлопать в ладоши и смеяться. А он, в свою очередь, дарит ей такую теплую улыбку, что мурашки по телу.
– Будем свечи задувать? – сюсюкает, касаясь ее маленького носика.
– Да! – с готовностью отвечает сестра.
Вытаскиваю несколько штук, найденных утром, из ящика.
– Тут, конечно, не хватит по количеству на твой возраст, но…
– Я чувствую себя ровно на столько, сколько свечек в торте, – бубнит. Неужели, напрягся из-за моего замечания?
– Так, не забываем, что надо загадать желание, – напоминает Татьяна, сглаживая неловкость. – Я загадаю, чтобы… А нет, не скажу! Иначе не сбудется.
Смотрю на Вову. Интересно, что пожелает он? Поскорее избавиться от меня? А я? Чего бы мне хотелось? От осознания собственных желаний приходится густо покраснеть и даже отвернуться. Не дай Бог, кто-то из присутствующих заметит.
– Так, я готов.
– Мы тоже. На раз, два, три!
Владимир без труда «задувает» свечи и мы хлопаем в ладоши, поздравляя его с Днем Рождения. Амалька аплодирует громче всех. Она, кажется, безумно счастлива, даже больше, чем именинник, открывающий шампанское.
– Поздравляем, сынок! Здоровья тебе и семейного счастья. Чтобы в твоей жизни, кроме работы были еще и другие, более приятные и важные вещи. Подарок от меня в коробочке. Откроешь вечером. Ура! – Татьяна Михайловна касается бокалом с Вовой.
– Ура! – скромно улыбаясь, поддерживаю я, чокаясь с ними соком.
– Вот что мы для тебя сотворили. Амалия, покажи-ка, что у тебя там?
Оказывается, сестричка слепила из пластилина большое сердечко.
– Как же красиво, – улыбаюсь. – А это крылышки?
– Да. Амалия нашла картинку ангела, когда мы лепили поделку. Вот и получилось такое интересное ангельское сердце. Практически аллегория.
Удивленно смотрю на сестру, а она все смеется и тянется к Вове.
– Спасибо малышка! Ты чудо! Это самый замечательный подарок ручной работы, который у меня был. А главное, какой глубокий смысл! – говорит без иронии.
– Это наше с ней признание в любви, – смеется Татьяна Михайловна, заставляя мои уши, остающиеся более-менее нормальными, вспыхнуть, вслед за щеками.
– Лю-лю! – добивает Амалька, лишая нас всех дара речи.
– И мы все тебя тоже лю-лю, – быстрее всех ориентируется Татьяна, – тортик хочешь?
– Да!
– Будешь? – Вова кивает на десерт. Отрицательно качаю головой. – Тогда поехали. Вы нас отпустите?
– Конечно. Еду могу с собой положить, если хотите, – подмигивает.
