«Балда, даже если ты чудом найдешь здесь одежду служанки, что так же вероятно, как найти тут джинсовый костюм иностранной фирмы „Деним“, кто же выпустит служанку из спальни Императора в брачную ночь?»
Правильно, ее сначала нужно впустить.
Не составило труда найти звонок для вызова прислуги, находившийся за пологом. Правая рука уже потянулась к витому шнуру, когда мой взгляд случайно упал на постель. Вид неподвижного Императора, лежащего поперек кровати в подозрительной позе паралитика со стажем, бесспорно, раньше времени насторожит предполагаемую жертву. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, я принялась за сотворение картины мирно спящего Государя.
Предусмотрительно сброшенный супругом халат пригодился, чтобы прикрыть мое практически нагое тело. Ткань впитала в себя запах Дэрриша — разгоряченной схваткой стали, лесного озера после грозы и едва уловимый аромат ванили. Халат волочился по полу, рукава пришлось основательно подвернуть. Пояс от моего пеньюара крепко перевязал тугую косу, в которую я заплела мешающиеся длинные волосы. Уложить Дэрриша в желаемую позу мне удалось не сразу. Все-таки я не ломовая лошадь, чтобы запросто, не вспотев, таскать мужиков под метр девяносто ростом. Да еще, помня об имеющемся у Императора таинственном амулете, приходилось избегать любых соприкосновений с его кожей. А он, как назло, разделся. Повезло, что хотя бы штаны на нем были.
«Наверняка чтобы не смущать молодую супругу». И на том спасибо.
Очень в моем нелегком деле помогло покрывало, на которое упал обездвиженный супруг. Не будь его, несладко бы мне пришлось. В результате огромных усилий и моей настойчивости тело Императора все же было приведено в должное положение и укрыто одеялом. Я позволила себе насладиться успехом и оглядеть дело рук своих, но наткнулась на горящий ненавистью взгляд. За всеми этими хлопотами я совсем забыла, что пораженный магическим ударом остается в полном сознании и абсолютно все чувствует и понимает. В его глазах недвусмысленно отражалось, что, если бы к Императору сейчас божьим чудом вернулась способность двигаться, производство мессии было бы последним, что его заботило.
— Ничего, дорогой мой супруг! Очень надеюсь, вам сейчас нетрудно понять, что мне пришлось пережить по вашей с Велиссой милости, и почувствовать себя бессловесной овцой, которую отдали на заклание дурацкому предназначению. — Хриплый звук собственного голоса показался мне чужим после многодневной звуковой изоляции.
Император оставил мое заявление без ответа, так как вряд ли смог бы мне возразить, даже если бы и хотел. А я приступила ко второй части своего коварного плана, энергично подергав за шнурок звонка. Надеюсь, они пощадят мою стыдливость и пришлют всего одну служанку. С двоими придется повозиться.
Небо услышало мои молитвы, и на требовательный звонок в приоткрытую дверь нерешительно протиснулось совсем юное создание лет семнадцати. Среднего роста, пухленькая, но фигурка ладная. Миленькую мордашку украшали большие невинно-голубые глаза, тонкие брови удивленно изгибались полукругами. Тугие соломенные кудряшки выглядывали из-под кружевного чепчика. Лучшего не стоило и желать.
С самого начала я выбрала правильную линию поведения в образе этакой стервозы Императрицы.
— Как тебя зовут, деточка? — спросила я покровительственным тоном.
— Ри-иса, моя вен-ценосная гос-пожа, — заикаясь, ответила она.
— Ты моя личная служанка, Риса? — Ее имя змеиным шипением сорвалось с моих губ, изогнутых в пакостной улыбке.
Имя имеет над человеком непреодолимую власть. Его звучание — самая сладкая музыка, которую человек различит в любом гаме и грохоте, пусть даже и сделает вид, что пропустил окрик мимо ушей. Нужно только иметь силу, даже не обязательно магическую, и смелость, чтобы воспользоваться этой властью.
— Только од-дна из многи-их, вен-ценосная гос-спожа. — К заиканию добавилось теребление неповинной юбки.
— Но у меня должны быть фрейлины, а не простые служанки? — Допрос с пристрастием продолжился.
— Герцогиня Рианская сказала, что, до того как супруга Императора понесет, ей должны прислуживать только непорочные девушки, — сказала она и густо покраснела.
— Неужели при Императорском дворе таких не нашлось, Риса? — притворно изумилась я.
Девушка смутилась еще больше, не найдясь с ответом.
Во всяком случае, по-видимому, Велисса считает, что нет. Кроме того, опытные фрейлины быстро догадаются, что с молодой Императрицей происходит нечто странное. А служанки не так сообразительны, да и, если что, будут крепко держать язык за зубами. Хватит догадок, пора браться за дело, а то так и до рассвета доболтаться недолго. Решение пришло совершенно спонтанно, и сильно отличалось от задуманного первоначально.
— Раздевайся, — без всякого перехода приказала я. — Быстрее!
От изумления девушка даже забыла, как сильно она боится «венценосную госпожу», и удивленно вскинула глаза.
— Что уставилась? — До чего же у меня омерзительный голос! — Ты знаешь, какое наказание ждет ослушавшегося Императорской воли?
