После завтрака я пошла к себе в комнату и сразу включила компьютер. Вчера в суматохе мне не удалось поговорить с Каменевым и получить от него информацию по заводу керамической плитки. Я посмотрела на часы, начало десятого, время вполне подходящее для звонков. Надеюсь, Олег не сильно разозлится, если я его разбужу.
Я набрала номер Каменева, он ответил почти сразу:
— Привет, Охотникова.
— Извини, Олег, вчера не могла говорить.
— Да я понял, понял. Пули, гранаты. Типичная для тебя ситуация. — Он усмехнулся. — Ну что, готова забить свою прелестную головку лишней информацией?
— Готова.
— В общем, так, — резво начал Олег, — Лапин Анатолий Сергеевич, директор Тарасовского завода керамической плитки. Я поднял всю имеющуюся информацию о нем, есть тут некоторые странности, хотя ничего криминального я не нашел. Лапин начинал простым продавцом плитки, потихоньку втянулся, накопил капитал, открыл свое дело. У него, похоже, оказалась хорошая предпринимательская хватка, потому что довольно быстро его взял под свою крышу Черкасский завод керамической плитки, то есть Лапину предложили стать директором торгового дома от завода. А это значит, что весь товар завода проходил через руки Лапина.
— Пока все достаточно логично, — отметила я. — Но о каких странностях ты говорил, Олег?
— Дело в том, что Черкасский завод решил построить филиал по производству плитки у нас, в Тарасове. И вроде как строительство велось на деньги самого завода и торгового дома Лапина, но в итоге весь Тарасовский завод достался одному Лапину. Это мне показалось странным, хотя я далек от бизнеса, возможно, партнеры договорились об этом заранее.
— Хорошо, — протянула я. Полученная от Каменева информация пока никак не помогала мне в ведомом деле. — А что ты можешь сказать про «Керамдом», торговый дом Тарасовского завода?
— Какой еще «Керамдом»? — искренне удивился Олег.
— Ну как же, — теперь настала моя очередь удивляться. — «Керамдом», самый крупный дилер завода, через него идут все поставки с завода.
— Не знаю я ничего про «Керамдом», в документах он не фигурирует. У Тарасовского завода есть дилерские дома, но «Керамдома» среди них нет.
— Ты уверен? — с недоверием поинтересовалась я.
— Абсолютно. — Оснований не верить Каменеву у меня не было, а вот Лапину-младшему с этой минуты я перестала доверять. — Слушай, Олег, ты можешь узнать, кто у Лапина заместитель?
— Уже узнал, Федор Фролов.
— Мне нужно с ним встретиться, — заявила я.
— Записывай телефон.
Я связалась с Фроловым сразу, как только закончила разговор с Каменевым. Мне был крайне неприятен тот факт, что Анатолий Лапин, нанимая меня на работу, выдумал какую-то нелепую историю о своих преследователях, и я хотела как можно быстрее расставить все точки над «i». Фролову я представилась адвокатом Лапина, и он назначил мне встречу в ресторане в свой обеденный перерыв.
Федор Валентинович, именно так он представился, оказался мужчиной интересным, подтянутым, с золотистым загаром.
— Два дня назад вернулся с Кипра, — сообщил Фролов, — даже не знал, что тут такие жуткие события вокруг нашего завода происходят.
— Что вы имеете в виду? — Я немедленно уцепилась за словосочетание «жуткие события».
— Но как же, Анатолия обвиняют в убийстве Веры Ветровой, разве вы не по этому поводу хотели со мной встретиться?
— По этому, — я кивнула, — но почему вы называете их жуткими? Вы верите в то, что Анатолий убил свою возлюбленную?
— Честно говоря, не очень.
— Федор Валентинович, может, вас удивят мои вопросы, но прежде чем говорить о Ветровой, я хотела бы узнать кое-что о вашем бизнесе.
— Спрашивайте, — с готовностью ответил он.
— Меня интересует торговый дом вашего завода, «Керамдом». — Я внимательно посмотрела на своего собеседника.
— Как вы сказали? — Он нахмурился, — «Керамдом»?
— Именно.
— Но у нашего завода нет представительства с таким названием.
— Вы уверены?
— Абсолютно, — Фролов повторил слова Каменева. — А откуда у вас такая информация?
— Это неважно, — отмахнулась я. — Значит, у вашего завода нет торгового дома?
— Пока нет, мы со всеми работаем на равных условиях, хотя в перспективе планировали создать торговый дом, но на сегодняшний день это только проекты, до дела еще не дошло. А почему вы спрашиваете? — Он был искренне удивлен моим вопросам.
— Поверьте, у меня есть причины задавать вам эти вопросы. — Я пыталась уйти от прямого ответа. — А что вы можете сказать о Черкасском заводе плитки?
— А что тут говорить? — Фролов удивленно пожал плечами. — Черкасский завод в свое время помог нам построить свой завод, но на сегодняшний день мы с ним никак не сотрудничаем.
— И вас это не удивляет?
— Ну, — он замялся, — когда велось строительство, я еще не работал на Лапина, поэтому понятия не имею, почему так получилось…
— Что получилось?
— Что строили вместе, а все досталось нам. Думаю, такова была предварительная договоренность, — не очень уверенно ответил Фролов.
