— А-а-а, — прорычал Лапин-младший, осознавая свое унизительное положение. — Водки дайте, напьюсь и спать пойду.
— А вот отлынивать от работы мы вам больше не позволим, — ответила я спокойно. — Вам придется помочь нам собрать необходимый долг.
— Евгения Максимовна, — позвал меня Лапин-старший, — вы не могли бы подойти ко мне?
Я вопросительно посмотрела на Льва Александровича.
— Мой кабинет в конце коридора, слева, — направил меня хозяин дома.
Я прошла через длинный коридор, минуя большую комнату, ванную и еще две запертые двери. В кабинете я увидела Сергея Сергеевича. Абсолютно бледный, он сидел на диване, сжимая в руке трубку телефонного аппарата.
— Что случилось, Сергей Сергеевич? — Я подскочила к старику. — Сердце?
— Нет, Женечка, не сердце, — тихо ответил он. — Я, оказывается, миллионер.
— Не поняла? — Я откинулась на спинку дивана. — Вы о чем?
— Этот проходимец записывал свое имущество на мое имя.
— Какое имущество? С чего вы это взяли? — Я не переставала удивляться словам старика.
— Я хотел узнать, за сколько смогу продать свою дачу в Подмосковье. Она досталась мне в качестве награды за выслугу лет. Государство презентовало мне ее, когда я уходил на пенсию.
— И что, это дача теперь так дорого стоит?
— Нет, дело не в этом, оказалось, что я владею не только дачей в Подмосковье, но еще квартирой в Испании и домом в Португалии.
— Ничего себе! — Я присвистнула.
— Анатолий приготовил себе местечко для отхода, представляете. Одурачил всех. Его кредиторы уверены, что все его имущество — это квартира и машина, а у него вон еще сколько всего накопилось.
— Сергей Сергеевич, так это же многое решает. Продав недвижимость за рубежом, мы сможем вернуть долги.
— Это да, — ответил старик, который все еще не мог отойти от шока. — Но как он умудрился оформить все это на меня? Ведь я никаких подписей нигде не ставил.
— А подделать мог?
— Подделать? — Сергей Сергеевич задумался. Неожиданно слеза навернулась у него на глазах. — Какой же я дурак, какой дурак!
— Что вы, Сергей Сергеевич?
— Я же сам в детстве учил его подписи подделывать, и тренировались мы именно на моей. Я же как лучше хотел, думал, он по моим стопам пойдет, в разведку. Готовил его, можно сказать. А он, паршивец, вот что удумал. — Старик ударил себя в грудь от отчаяния. — Какой же я дурак! Так. — Он быстро взял себя в руки, смахнул слезу и внимательно посмотрел на меня. — Анатолию ничего не говорите. Пусть думает, что мы не знаем о его махинациях. А я через свои связи постараюсь максимально быстро продать все имущество. Кроме дачи в Подмосковье, разумеется. Обойдется он без моей дачи как-нибудь.
— Правильно, — поддержала я старика.
Лапин-старший снова заперся в кабинете, а я направилась на кухню. Идя по коридору, слышала, как Лев Александрович выговаривает Анатолию:
— Как ты мог, у тебя такой отец, а ты позоришь его.
— Дядя Лева, — сопротивлялся нерадивый сын.
— Молчать. Никакой я тебе больше не дядя, ты изменник. Я бы таких, как ты, к стенке ставил. Виданное ли дело, украл у человека половину завода, проигрался в карты, разве так тебя отец воспитывал, разве он заслужил такой награды от единственного сына?
Я тихо зашла на кухню, хозяин дома мигом сменил гнев на милость и посмотрел на меня, улыбаясь:
— Женечка, садитесь, пожалуйста. Может, еще пирожка?
— Нет, спасибо.
— Как там Сергей, у него все в порядке?
— Да, все хорошо, он скоро присоединится к нам.
— Вот и отлично.
Отсиживаться в доме Льва Александровича мы больше не могли. Утром следующего дня мне и Лапину-старшему необходимо было покинуть гостеприимное жилище, чтобы решить кое-какие проблемы, связанные с долгами Анатолия. Самого Анатолия оставили на попечение бдительного хозяина дома, который был настроен решительно и обещал не спускать глаз с нерадивого бизнесмена.
В коридоре я скинула тапочки и обнаружила, что мне снова придется попутешествовать босиком. Я с улыбкой смотрела на свои босые ноги.
— Идите прямо в тапочках, — предложил Лев Александрович.
— Да нет, спасибо, я же на машине.
Лапина-старшего я отвезла по указанному им адресу, к еще одному его товарищу — он поможет ускорить процесс. Сергей Сергеевич намеревался в кратчайшие сроки распродать имущество Анатолия, переписанное на его имя.
— Только я прошу вас, Сергей Сергеевич, — напутствовала я старика, — домой к себе не заходите, как закончите дела, сразу возвращайтесь к Льву Александровичу. Мой новый номер мобильного запомнили? — Я успела продиктовать свой номер по пути.
— Все будет хорошо, Женечка, — успокаивал меня Лапин-старший. — Не забывайте, я все-таки профессионал. — Он грустно улыбнулся и ушел.
— Да, профессионал, — сказала я сама себе, трогаясь с места, — только мне от этого не намного спокойнее.
Тетя Мила встретила меня на пороге, удивленно глядя на босые ноги.
— Женечка, что случилось? Где твой шикарный наряд?
— Потерялся, — ответила я.
— Как потерялся? А босоножки?
— Просто пропали.
— Как обидно, такая юбка была, такие босоножки, — сокрушалась тетушка, держась за сердце. — Кушать будешь? — Она быстро переключилась.
