-ААГХ! – закричала я, но тут же прикусила губу. Боже, как же больно! Весь мой мир собрался лишь в одной пульсирующей точке. Я ничего не понимала, не видела и не слышала толком. Только жгучая боль и паника. – Вырубите меня! – взмолилась я, а по щекам градом падали слезы. Но не успела я взвыть от новой волны боли, как почувствовала укол в шею, и мир потух.
***
Я то приходила в сознание, то снова из него уходила. Словно поднималась со дна колодца – мир немного светлел, доносились голоса, но потом меня что-то тянуло ко дну и только тьма и тишина оставались со мной. Вдруг стало страшно… В один прекрасный момент полубреда мне удалось различить и даже понять, о чем говорят присутствующие рядом со мной.
-Я сделал все, что мог, ваше величество. Рана слишком серьезная, понадобится больше трех дней, если не неделя для полного восстановления тканей. Даже с помощью магии я не могу ускорить процесс еще больше…
-Она снова спасла Натаниэля… Но теперь и сама попала под удар.
-Мы найдем виновного, ваше величество.
-Уж постарайся, Эштар. Я не выдержу, если с моим сыном что-то случится. Позаботься о девочке, Асконий.
Звук шагов и хлопок дверью было последнее, что я услышала перед тем, как опять уйти на дно.
***
В общей зале королевской стражи была суматоха. Я только и успевал, что раздавать указания. Мы разбирали все имеющиеся у нас документы, но было тщетно. Это всего лишь предположения, часть которых не оправдались, а другая часть никак не могла подтвердиться.
Вошел Пол с еще одной кипой бумаг. Теперь королевская стража еще теснее начала сотрудничать с Тайной Канцелярией, у них оказалось много информации о некоторых наших подозреваемых. Я просматривал папки, скрипя зубами. Кто? Кому нужна смерть принца? Кто-то очень желает избавиться от наследника, раз решил убрать его телохранителя. Дар явно мешает этому маньяку. Воспоминание о девушке вызвали шквал чувств. Дух просто сорвался со всех цепей и вышел наружу ревущем медведем. На мгновение в комнате все стихло. Солдаты обернулись на меня. Я продолжал изучать ничего не дающие материалы, а Дух стоял огромным гризли прямиком сквозь меня.
-Не отлыниваем! – хлопнул в ладоши Пол. Все тут же вздрогнули, скидывая с себя оцепенение, и продолжили работать. Комната вновь начала наполняться гулом. Друг присел рядом со мной, проигнорировав злобный рык моего эфирного медведя. – Тебе бы отдохнуть. Такими темпами, ты не только себя и Духа своего вымотаешь, но и нас всех.
Я глубоко вздохнул. Так-то оно так, но разве я могу позволить себе отдыхать в такой ситуации? Мы бьемся над этой проблему уже больше полугода, а ничего не меняется! Все только хуже стало.
-Сходи, Дар навести. Духа немного успокой. Асконий говорит, что ей лучше стало. Уже может спокойно открывать глаза.
Это известие вселило крохотную надежду, что хватило, чтобы Дух немного успокоился и исчез. Я молча встал, прихватывая кое-какие бумаги, и кивнув Полу, вышел. Сначала нужно встретиться с Роуэлом. Мне нужны полные досье на некоторых подозреваемых.
Глубоко вздохнув, открыла глаза. В ногах спал Дымок. Он приходит ко мне каждую ночь, так как охранять Натаниэля пока тот спит, нет необходимости, в данный момент. Сейчас все свое время мальчик проводит с отцом и спит в его комнате. Король никому не доверит жизнь своего сына, пока я не встану на ноги. Надо ли говорить, как мне стало приятно от таких слов. Но, если честно, то на ноги я встаю уже два дня как, хотя и не без боли. Кожа на месте раны затянулась в откровенно уродливый шрам, но вот внутренние ткани все еще восстанавливаются. Каждый день я только и делаю, что ем да сплю. Асконий проводит надо мной магические махинации и все заново.
Ко мне часто заглядывает Лизи, передавая подарки от ребят, которые предварительно проверяет маг на наличие вредного для жизни сюрприза. Кроме служанки и короля ко мне никого не пускают. Ну… Разве что еще и капитана. Но он был лишь пару раз. Впервые пришел, когда я только-только глаза начала открывать. Мужчина тогда ничего не сказал, только сидел рядом и смотрел. Когда, я устала играть в гляделки – закрыла глаза. Видимо, капитану показалось, что я уснула. Он аккуратно взял меня за руку и еще несколько минут так сидел, поглаживая мою ладонь. Эти несколько минут были для меня пыткой. Сердце так и рвалось на части. Казалось, что подорвали его, а не мой бок. Те жгучие слова были слишком ярким воспоминанием, чтобы думать о чем-то другом, кроме них, когда рядом находился капитан. Когда он вышел, я облегченно вздохнула.
