Нападавший на полной скорости врезался в плечо шерифа, его подбросило, и он рухнул на спину, ударившись головой об обледенелую ступеньку. Джентри склонился над ним, но старик снова вскочил, не обращая внимания на кровь, которая хлынула из-под спутанных седых волос, и, по-звериному клацнув зубами, попытался вцепиться шерифу в горло. Джентри приподнял его за лацканы пиджака и отшвырнул на проезжую часть улицы, уже ни о чем не заботясь. Человек-марионетка перевернулся, вновь издал нечеловеческий рык и – невероятно! – опять вскочил на ноги. Тогда Джентри нанес ему удар рукояткой «ругера», и наконец тот рухнул ничком.
Шериф тяжело опустился на нижнюю ступеньку крыльца. Натали продолжала стучать руками и ногами в дверь:
– Пожалуйста, впустите!
– Я офицер полиции! – из последних сил крикнул Джентри. – Откройте!
Но дверь оставалась все так же запертой. Из-под моста донесся топот уже многих ног.
– Господи! – выдохнул в отчаянии Джентри. – Помнишь, Сол говорил, что оберст мог контролировать лишь одного человека зараз… А эти… кто же так умело руководит ими?
Из мрака появилась фигура высокой женщины. Она бежала босиком, сжимая в правой руке что-то острое.
– Вперед! – крикнул Джентри.
Они преодолели футов тридцать, когда из-за поворота послышался рев автобуса. Мощные фары выхватили кирпичные дома по левую сторону улицы.
Джентри стал судорожно оглядываться в поисках прохода, пустой стоянки, чего-нибудь, где можно спрятаться, но до самого железнодорожного моста тянулся лишь сплошной фасад слепленных воедино одноквартирных домов.
– Назад! – закричал он. – Вверх по насыпи, к рельсам! – Он повернулся как раз в тот момент, когда высокая блондинка, преодолев последние десять футов, с разбегу врезалась в него.
Они упали и покатились по мокрой мостовой. Пытаясь ухватить ее за горло и увернуться от лязгающих челюстей, Джентри выронил оружие. Женщина оказалась очень сильной. Изловчившись, она впилась зубами в левую руку шерифа. Сжав кулак, он попробовал ударить ее в челюсть, но она успела наклонить голову, так что удар в основном пришелся по черепу. Джентри оттолкнул женщину, прикидывая, как бы отключить ее, не нанося при этом существенных увечий, но тут она резко вытянула правую руку, и что-то впилось ему в бок. Шерифу показалось, что его окатили ледяной водой, он ничего не успел предпринять, когда ножницы снова проткнули его тело через пальто. Женщина занесла руку в третий раз, и Джентри приготовился ударить ее наотмашь с такой силой, что наверняка сломал бы ей шею, если бы попал. Но он не попал.
Блондинка отпрыгнула назад, подняла ножницы на уровень глаз, готовясь к новому броску, и в этот момент Натали обрушила ей на голову всю тяжесть своей сумки с фотоаппаратом. Женщина безвольно повалилась на землю, а Джентри с трудом приподнялся на одно колено. Левый бок и рука у него горели. Шериф и Натали замерли в свете фар приближавшегося с ревом автобуса.
Отбросив сумку с камерой, Натали схватила с земли револьвер, широко расставила ноги и выстрелила четыре раза, как ее учил Джентри.
– Нет! – закричал он, когда первая пуля разбила фару. Вторая врезалась в ветровое стекло слева от шофера. Из-за отдачи следующие две пули попали еще выше.
Джентри схватил сумку с камерой и потащил Натали к ступенькам домов. Автобус развернулся и двинулся за ними, переехав через бездыханное тело женщины с ножницами. Когда его вынесло на лед, он закрутился, потерял управление и с грохотом врезался в деревянную опору железнодорожного моста.
– Давай! – выдохнул Джентри, и они опрометью бросились к платформе. Шериф бежал согнувшись, зажимая рукой раненый бок.
Скользя и буксуя, автобус вертелся на месте, двигатель ревел, визжали тормоза, а луч единственной фары метался, как безумный, из стороны в сторону. Наконец деревянная опора с треском подалась, и автобус вынырнул из-под моста как раз в тот момент, когда Джентри и Натали достигли насыпи и стали карабкаться по замерзшему, усеянному мусором склону. Джентри зацепился за ржавую проволоку и упал, на мгновение оказавшись в луче автобусной фары. Пальто его было разорвано в клочья и испачкано кровью, искалеченная рука безвольно повисла. Натали схватила его за другую руку и помогла подняться.
– Дай мне «ругер», – хрипло попросил он.
Автобус пятился задом, намереваясь с разгону въехать на склон.
– Оружие!
Натали протянула Джентри револьвер, когда автобус начал набирать скорость. Оба трупа, лежавшие на улице, теперь были расплющены тяжелыми колесами.
– Уходи! – велел он.
Натали на четвереньках стала карабкаться дальше. Джентри последовал за ней. Преодолев половину пути, они наткнулись на забор, который не был виден снизу. Он просел и кое-где представлял собою лишь витки проволоки. Натали запуталась, тогда Джентри дернул проволоку на себя, услышал треск рвущейся ткани и подтолкнул девушку наверх. Она сделала четыре шага и снова упала. Шериф развернулся, покрепче уперся ногами в скользкий склон и поднял «ругер». Высота насыпи и длина автобуса были почти одинаковыми. Тяжелое пальто мешало, и Джентри скинул его, ощущая, как слабеет рука.
