– А что думают ее родители про этот сеанс с доктором Кольхауном? – спросил Сол.
– Они очень расстроились, – ответила Натали. – Когда девочка стала кричать, мать Алисии с трудом удержалась, чтобы не броситься к ней, но после они, похоже, испытали огромное облегчение. Отец сказал доктору Кольхауну, что даже боль в руке и слезы лучше, чем совершенно пустой взгляд и молчание.
– А доктор Кольхаун? – спросил Сол.
Джентри положил руку на спинку сиденья.
– Док говорит, что это похоже на нервный срыв, индуцированный травмой. Он порекомендовал обратиться к психиатру, своему знакомому из Саванны, который специализируется на детских болезнях такого рода. Потом они подробно обсудили, хватит ли на это денег, полученных Кайзерами по страховке.
Сол кивнул, и все трое немного посидели в полном молчании. Лучи вечернего солнца прорвались наконец сквозь тучи и осветили листву деревьев, покрытую каплями дождя. Сол вдохнул запах свежескошенной травы, и ему трудно было поверить, что сейчас декабрь. Он чувствовал себя подвешенным в пространстве и времени, во власти течений, которые несли его все дальше и дальше от знакомого берега.
– Предлагаю пообедать где-нибудь, а заодно обсудить это дело, – сказал вдруг Джентри. – Профессор, вы вылетаете завтра в Вашингтон утренним рейсом, верно?
– Да, – подтвердил Сол.
– Что ж, тогда поехали, – улыбнулся Джентри. – Обед за счет администрации округа.
Они пообедали в отличном ресторане на Брод-стрит в Старом городе. У дверей заведения, славившегося блюдами из морепродуктов, стояла очередь, но, когда метрдотель увидел Джентри, он моментально провел их к боковому входу, где как по волшебству появился свободный столик. Зал был забит до отказа, так что они предпочли разговаривать на нейтральные темы – о погоде в Нью-Йорке и Чарлстоне, о фотографии, о кризисе с захватом иранцами заложников, о недавних событиях в Нью-Йорке и в Америке вообще. Только что прошедшие президентские выборы никого из них особенно не порадовали. Покончив с кофе, они вернулись к машине Джентри за плащами и свитерами, а потом пошли вдоль стены Батареи.
Вечер был прохладным и ясным, остатки облаков развеялись, и на зимнем небе стали видны созвездия. К востоку, за гаванью, сияли фонари Маунт-Плезант. Небольшое судно с зелеными и красными навигационными огнями прошло мимо мыса вдоль дорожки, отмеченной буйками. Сзади светились желтые и оранжевые окна дюжины старинных домов.
Они остановились на набережной. Внизу, метрах в трех, о камни плескалась вода. Джентри оглянулся, убедился, что вокруг никого нет, и тихо спросил:
– Ну, что дальше, профессор?
– Отличный вопрос. У вас есть какие-нибудь предложения?
– Ваша предстоящая беседа в Вашингтоне как-то относится к тому, что мы обсуждаем? – поинтересовалась Натали.
– Возможно, – уклончиво ответил Сол. – Но я узнаю об этом после. Прошу прощения, что не могу сказать ничего более конкретного. Тут затронуты родственные связи.
– А как насчет того парня, который за мной гонялся? – спросил Джентри.
– Ах да, – вспомнил Сол. – Вам что-нибудь сообщили о нем из ФБР?
– Абсолютно ничего. – Шериф покачал головой. – Автомобиль был украден в Роквилле, штат Мэриленд, пять месяцев назад. А с мертвецом еще хуже – никаких следов, по которым его можно было бы опознать. Ни отпечатков пальцев, ни зубоврачебных карт челюстей – ничего.
– Так часто бывает? – спросила Натали.
– Почти никогда. – Джентри поднял камешек и бросил его в воду. – В современном обществе все люди попадают в какие-то списки, архивы и прочее.
– Возможно, ФБР не очень старается, – заметил Сол. – Вы так не считаете?
Джентри кинул еще один камешек и пожал плечами. В ресторане он был в коричневых брюках и старой клетчатой рубашке, но перед тем, как отправиться на прогулку, вытащил из багажника свой мешковатый китель и ковбойскую шляпу с пятнами на тулье и теперь снова выглядел типичным шерифом-южанином.
– Не думаю, что ФБР стало бы задействовать какого-то полуголодного уличного придурка, – ответил он. – А если он не работал на них, то кто все-таки его использовал? И зачем ему было убивать себя? Неужели он настолько боялся ареста, что предпочел смерть?
– Примерно так поступил бы оберст, если бы он использовал кого-то, – сказал Сол. – Или миз Фуллер, что еще вероятнее.
Джентри кинул новый камешек и, прищурившись, посмотрел на огни форта Самтер милях в двух от них.
– Да, – согласился он, – но все равно получается какая-то бессмыслица. Ваш оберст никак не может интересоваться мной… Дьявол, ведь я даже ничего не слышал о нем до того, как вы рассказали свою историю! А если миз Фуллер беспокоят те, кто за ней гоняется, ей бы лучше заняться патрулями автоинспекции штата, горотделом по делам убийств и ФБР. Ведь у этого придурка в бумажнике ничего не было, кроме моего фото.
– У вас оно с собой? – спросил Ласки.
Джентри кивнул, вытащил из кармана фотографию и отдал ему. Сол отошел к ближайшему фонарю, чтобы получше рассмотреть.
– Интересно, – сказал он. – Тут на заднем плане виден фасад муниципалитета округа.
– Да.
