«А я о чем, - Тахир ощутил, как по его спине успокаивающе прошлась ладонь дроу, - очень боюсь... И с каждой минутой все сильнее...»
«Что там у вас происходит, кстати? - сменил тему Ихар»
«Ккоролеву мммочить будут, - пробормотал демон».
«Стоп, нельзя!» - взревел Ихар.
«Сссам ему ссскажи, - простонал Тахир».
Демона трясло и трясло все сильнее. Настолько, что жрецы Тьмы бросали уже откровенно сочувствующие взгляды на того, кто выглядел как юная хрупкая магианна Найрина Сайрен. Таэлран, по чьему приказу из клетки вывели и сейчас подводили к столу связанную, но не покорившуюся королеву, чуть склонился, и целуя аккуратное ушко, прошептал:
- Я не войду в тебя сегодня, не стоит: опасаться ночи.
Девушка вздрогнула, но затем едва заметно расслабилась.
- Правильно, не бойся, - длинные сильные пальцы продолжали скользить вверх-вниз по позвоночнику, - я не трону тебя до тех пор, пока ты сама этого не пожелаешь... А ты захочешь меня, клянусь Тьмой.
Несчастный демон решил, что сейчас заплачет. Пусть даже впервые в жизни.
- Шшш, моя маленькая скромница, поверь, в этом не будет ничего постыдного. Если желаешь, мы можем сочетаться узами брака, чтобы твою совесть не терзали мысли о недопустимости неизбежного.
- Нннеизбежного? - переспросил вконец испуганный демон, голосом юной магианны Сайрен.
- Конечно, - взяв его за подбородок, Золотой жрец развернул, заставляя взглянуть в его глаза, и прошептал, - страх. Я вижу его в твоих глазах, в глубине их... Так много страха, и стыд, и... - дроу чуть прищурился, - необходимость сдерживаться... - усмешка.
-Маленькая соблазнительная Найри, неужели ты веришь, что сможешь убить меня?
«И еще как! - подумал демон».
- Нет-нет, что вы, - ответил он дрожащим девичьим голоском.
- Поздно, любовь моя, я все увидел, - прошептал Таэлран, склоняясь к губам окончательно запуганной девушки.
«О тупой скальпель! О тупой скальпель! Ой, кабздец полный» -понеслось от дрожащего Тахира.
«М-да, придется самому сваливать, - решил Ихар».
И тут демон гордого клана Аклора взмолился впервые в жизни:
«Не бросай меня, пожалуйста, не...»
Королева Диринея вскинув подбородок, сохраняя горделивую осанку, несмотря на то, что веревки сильнее впились в тело, стоило ей выпрямиться, мрачно взирала на то, как ее любовник с нежной страстью целует человеческую магианну. Перепуганная девчонка тряслась на его коленях, упиралась в грудь дроу, пытаясь прекратить ласку, и не понимала. ..Дай как ей понять, что сама мать всех темных эльфов в этот момент была готова отдать жизнь за то, чтобы оказаться на ее месте!
Боль тупым клинком медленно проворачивалась в ее сердце...
Она до сих пор помнила, как увидела его впервые - юного младшего жреца, медленно выходящего из Серебрянной реки. Он навсегда для нее остался тем, обнаженным и ничуть не стесняющимся собственной наготы галантным мерзавцем, каким-то неимоверным образом заметившим ее, застывшую в кустах. Как он увидел? Как? Диринея не поняла этого тогда, когда ее, непревзойденного знатока маскировки раскрыл какой-то, по сути, мальчишка, ни сейчас, спустя столько лет, проведенных с ним в одной постели. Постели, в которую он приходил, когда сам этого желал, а она, правительница Западного королевства, покорно ожидала его и только его, прогнав всех прежних любовников, не подпуская к своему телу ни одного из семи мужей. Ждала как презренная раба, просто потому что любила... Любовь, сжигающая, сделавшая ее слабой и слепой любовь, о которой она не могла сожалеть даже сейчас, на краю гибели. Сожалела об ином -Таэлран целовал не ее!
Впрочем, разве часто целовал он ее с той ночи, когда взял там, на берегу Серебряной реки? Взял нагло, не спрашивая, не интересуясь ее мнением, не прося разрешения... Словно чувствовал, что она хочет именно там и именно так, что устала от слабых дроу, покорно ждущих ее внимания и не готовых брать жестко и властно, подчиняя, заставляя выгибаться навстречу их желанию, заставляя кричать от удовольствия, на грани боли, и вынуждая покоряться, даже если сопротивление и было притворным.
Всего лишь мальчишка, но он умел видеть потаенное, сокрытое порой и от самой себя, грязное, порочное. А он умел видеть, видеть и давать, воплощая самые запретные из фантазий... Умел настолько, что даже сейчас, понимая что ее предали и убьют, королева могла думать лишь о том, что только в его объятиях чувствовала себя не правительницей - женщиной.
- Моя маленькая скромница, ты меня с ума сводишь, - хриплый шепот, и Золотой жрец прекратил поцелуй.
Испуганная, побелевшая настолько, что, казалось, сейчас упадет в обморок магианна, рванулась, пытаясь подняться, но Таэлран удержал, а затем с обманчивой мягкостью пообещал:
- Дернешься еще раз, и мы вернемся в спальню.
Девушка сжалась, и теперь боялась даже дышать.
Королева невольно усмехнулась, насмешливо внешне, но внутри... Она знала даже не сотни - тысячи темных эльфиек, готовых на все, чтобы оказаться в спальне Золотого жреца. А эта - боялась.
- Как ты находишь мою невесту? - внезапно развернувшись в ее сторону, поинтересовался Таэлран.
