И едва смерть захватила ту, что могла бы жить вечно, новый бог втянул силу поверженной. Втянул всей грудью, всем существом, впитал каждой клеточкой тела.
Тахир дрожал от ужаса, но когда все было кончено, не удержался от вопроса:
— Почему ты убил родственницу?
Монстр, шатаясь от переизбытка силы, медленно повернул голову, взглянул на сжавшуюся человеческую девушку, которая на самом деле была демоном, и на его лице заиграла улыбка. Несмотря на настигнувшее осознание, что во Мраке придется выживать сражаясь и убивая, Таэлран почувствовал себя счастливым. Самым счастливым на свете — ему было за кого сражаться. Ему было ради кого убивать. И он действительно полюбил этого демона — а то, что мужик… у всех свои недостатки. Он сам сейчас и вовсе монстр.
— Это была не моя родственница, мой сладкий, — прорычал довольный жизнью Таэлран. — Вылезай.
Прижимая к себе комочек мрака, Тахир осторожно выбрался из уже вовсе не надежного убежища. Подошел к обугленному трупу, ткнул ногой…
— Уверен? — спросил испуганно.
— Абсолютно.
Таэлран испытывал жгучее желание обнять своего любимого демона, но искренне сомневался, что сумеет сдержать свою силу, и не раздавить крохотное создание могучими руками.
— Эм, — Тахир окинул бога оценивающим взглядом, — слушай, а ты ведь теперь всегда таким будешь, да?
— И не надейся, — разбил его надежды Таэлран. — Я пока молодой бог, но уверен еще парочка выпитых и сумею контролировать свою форму. Ладно, — он улыбнулся. — пошли искать себе дом.
«О, великий властитель Миров Хаоса…» — взмолился перепуганный перспективами демон.
И услышал в ответ:
«Молись усерднее, и быть может, когда-нибудь…»
Сердце демона сжалось от щемящего ощущения счастья. Его спасут. Теперь он был точно в этом уверен. Раз повелитель Ада ответил, значит, его обязательно спасут…
Эпилог. Темная Империя. Ксарах. Школа Искусства Смерти
Айшарин плавно поднялась из-за стола, и певучим приятным голосом поинтересовалась:
— Найриша, чай будешь?
Кивнула, читая очередную жалобу из городского управления Ксараха на нашего адепта. Между прочим я не вижу ничего ужасного в том, что адепт Смерти изучая принцип поступления древесного сока слил два литра жидкости из березы, в городском парке. Дерево было восстановлено и вылечено, Айшарин даже проверила лично, но проблема в том, что сок конкретно этой березы требовался градоправителю Грайо, который принадлежал к клану лесных и питался раз в год. Соком. Березовым. Конкретно от этой березы.
— Не можешь разобраться? — сумеречная дриада поставила на стол передо мной чашку с ароматным травяным чаем.
— Да нет, — благодарно улыбнулась ей, — где-то в лаборатории видела отчет о жизнедеятельности лесных, прочитаю, вникну в принцип, вечером съезжу в город и попробую увеличить срок жизни господина Грайо еще на год. А в следующем году мы поставим предупреждающие знаки на данной березе.
— Хорошее решение, — согласилась Айшарин, и вернулась за свой стол в секретарской.
В двери осторожно постучали, а затем, распахнув створку и уже без каких либо проявлений вежливости, в секретарскую вбежала маленькая растрепанная демонесса, с уже завивающимися рожками. И вот это задыхающееся явно после создание торопливо воскликнула:
— Леди… — замерла, наморщила смуглый лобик пытаясь вспомнить. Не вспомнила, махнула когтистой ручкой и выпалила: — леди, которая вовсе не Эллохар потому что еще год на испытательном сроке, там это… к вам леди!
Что меня искренне поражает — в Школе Искусства Смерти работают всего две чистокровные человеческие женщины — я и леди Соер. Ее имя они все запомнили, а мое никак не хотят.
Адептам с первого по седьмой курс проще выпалить вот это — леди, которая вовсе не Эллохар потому что еще год на испытательном сроке», чем сказать «Сайрен». Я понимаю, что вероятнее всего проблема в том, как магистр Смерти представил меня, выстроив во дворе всех своих учеников. Рэн вообще в плане этикета склоняется к наиболее прямому варианту — чистой правде.
И потому представил меня так: «Это леди Найрина Сайрен, моя любимая и невеста. Она человек, чистокровный. И как истинный человек напрочь игнорирует свои чувства ко мне, а потому мы окончательно поженимся, как только до нее дойдет, что она меня тоже любит. Год максимум. Так что пока обращаться к ней «леди Сайрен». Все поняли?». Адепты тогда ответили «Так точно, магистр», а я с тех пор стала «леди, которая вовсе не Эллохар, потому что еще год на испытательном сроке».
Впрочем, это сейчас не имело никакого отношения, гораздо больше меня интересовало другое:
— А почему об этом мне не сообщил Тараг?
Ребятенок хихикнула, и уже широко улыбаясь, весело ответила:
— А он круто встрял на допрос по поводу личной жизни. Вы бы его спасли, а?
Поднявшись, я оправила черное форменное платье, отказываясь носить брюки, как было принято в школе Смерти, и поспешила за девочкой.
Адептка Эрин только до коридора шла впереди, но стоило нам выйти из секретарской, ухватила за руку, и начала рассказывать:
— А Лики вчера нашла камень, у которого сердце бьется! Он такой весь камень, покопанный, а сердце бьется, представдяете?
