И пошатываясь, словно от накатившей вековой усталости, изменяющийся прошел к ближайшему столику, отодвинул стул, не обратив внимания на перепугавшуюся от движения мебели служанку, сел, ссутулившись и обхватив голову руками.
– Эй, – Хеарин подошла, присела перед ним на корточки, заглядывая в лицо, – ты чего?
Мотнув головой, демон попытался ответить, но вышло только сдавленное шипение.
– Да что с тобой? – встревожилась вампирша, прикоснувшись к чешуйчатой щеке.
Ихар стремительно накрыл ее ладонь собственной, чтобы удержать это прикосновение, судорожно вздохнул и едва слышно произнес:
– Ее последнее воспоминание о родителях… они уже были мертвы.
– Что? – потрясенно переспросила Хеарин, не делая попытки убрать ладонь, хотя сама мысль о прикосновении к изменяющемуся ужасала.
– Не поймешь, – демон отпустил ее, поднялся. – И она не поняла, хорошая магия, сильная, но демон мертвое с живым не перепутает.
Он встряхнулся, размял плечи, хрипло попросил:
– Вызывай Его высочество.
– Магистра Смерти, – поправила Хеарин поднимаясь.
– Это для вас он магистр, – фыркнул Ихар, – а для нас он Смерть, наследник Миров Хаоса. Придет время, и Ад содрогнется от его могучей поступи.
Адептка с сомнением посмотрела на демона.
– Пробегись по пескам Хаоса – песок стонет и рвет цепи, – усмехнувшись, произнес Ихар.
– Зайди в школу Искусства Смерти – у нас нет смертности, демон, и, пожалуй, только наша школа во всей Темной Империи может подобным похвастаться. Магистр не тот, кто станет поливать кровью пески Хаоса, – парировала вампирша, делая крошечный надрез на ладони.
Синее пламя вновь осталось незамеченным для всех.
Ихар бросил последний взгляд на стоявшую в окружении двух молодых торговцев девушку, содрогнулся, посмотрел на адептку, и с самой лукавой из улыбок, притронулся к тому месту, которого касалась ее ладонь.
– Я запомнил твой запах, – промурлыкал демон.
Вздернув подбородок, вампирша меланхолично спросила:
– Это угроза?
– Предложение, – Ихар медленно окинул ее взглядом с ног до головы, провокационно подмигнул.
И тут из пламени донеслось:
– Я тебе сейчас это предложение!..
И демон и вампирша мгновенно вытянулись по струнке. Ихар стремительно шагнул в переход, Хеарин неосознанно поправила волосы, и о том, какую ошибку совершила, поняла, лишь поймав взгляд изменяющегося – он все правильно понял.
– Адептка Варнаи, – насмешка в голосе магистра заставила девушку мгновенно забыть о демоне, – я вообще не это имел ввиду при нашем с вами последнем разговоре.
Пламя погасло.
Подошедший оборотень, недоуменно взглянул на напарницу.
– Ааран, контролируй вход, – прошипела вампирша.
– Магине плохо, – рассматривая адептку, протянул он.
Вампирша резко повернулась, вгляделась в леди Сайрен, прищурив глаза, присмотрелась к биению сердца…
– Будет обморок, – все так же совершенно спокойно, сообщил оборотень.
– Гнома в оборот! – приказала адептка Смерти. – Живо!
Я не знаю, почему вспомнила маму и отца, но с той самой секунды мне стало плохо. Сжалось и наполнилось болью сердце, помутилось в глазах, пальцы дрожали. Герман стоял рядом, Сэм принес воды, я пыталась взять себя в руки, и чувствовала, как теряю силы. Ощущение, словно на меня воздействовали какой-то на редкость неприятной ментальной магией, но в то же время отчетливо понимаю – это не так. Магов нет. Больше нет. Да и ментальная магия может привести к сильнейшей головной боли, у меня же стонало сердце.
– Нервная вы особа, леди Сайрен!
Господин Меллоуин появился совершенно неожиданно, и так же неожиданно отобрал у меня стакан воды, взамен сунул чашку с чем-то темным и безапелляционно приказал:
– Пей! Живо-живо, давай, мне полуоборочные работники здесь без надобности, пей.
– Найри не работник! – грубо произнес Герман.
– Вот только не надо мне за минуту до открытия начинать копания в статусе леди, – мастер-кондитер бросил суровый взгляд на парня. – А ты, немочь бледная, пей, кому сказал.
И я поспешно выпила все, в три глотка.
И только потом осознала, что это было красное вино со специями!
Закашлялась, мгновенно бросило в жар, щеки запылали, но голова кружиться перестала.
– Работник в норме, – бодро заключил господин Меллоуин, затем хитро глянул на Германа и поправился: – Виноват, «не работник» в норме.
Младший Шилли хмыкнул, и тихо спросил у меня:
– Как ты себя чувствуешь?
– Да тьма с ней, – господин кондитер огладил бороду, – но не отходи от девчонки, мало ли, ненадежная она у вас какая-то, я бы такую на работу взял исключительно с ненормированным графиком.
Не знаю как остальные, а я провожала господина Меллоуина крайне возмущенным взглядом.
– Идем, наверху посидишь пока, – предложил Сэм.
– О нет, все хорошо, – поспешила я заверить. – Да и открытие уже.
Хеарин плавно приблизилась к мастеру кондитеру, последовательно сняла два из четырех слоев сложной иллюзии, и прошипела:
– Гном, тебе было сказано увести Найрину.
