– Вот теперь садись, раз уж пришла.
Медленно опустившись обратно на скамью, я улыбнулась, даже сама не знаю чему. Просто на душе неожиданно стало хорошо и спокойно и уходить никуда не хотелось.
– Даррэн, но можешь называть меня Рэн, – тихо сказал господин Эллохар.
– Спасибо, – прошептала я.
– Не за что, мне будет приятно услышать собственное имя из твоих уст.
Он продолжал смотреть на озеро и только на него. Я вновь улыбнулась и сказала:
– Благодарю вас, Даррэн.
Реакция была мгновенной! Мужчина стремительно повернул голову, с пристальным прищуром посмотрел на меня и неожиданно хрипло приказал:
– Повтори!
Но меня почему-то вовсе не испугало его поведение, наверное в глубине души я все еще считала его немного сумасшедшим. И все же, с улыбкой подчинилась:
– Спасибо, Даррэн.
Судорожный выдох, на мгновение зажмуренные глаза, а затем, вновь глядя на меня, но как-то совсем иначе, он выдохнул:
– Ты так легко согласилась… Я ожидал сопротивления.
– Почему? – Я не могла себе объяснить собственного поступка, но придвинулась ближе к мужчине и осторожно коснулась его руки. – У вас очень красивое имя.
На лице господина Эллохара появилась странная, немного хулиганская улыбка и он неожиданно попросил:
– Скажи «Рэн», пожалуйста.
Просьба показалась мне странной, но слово «пожалуйста»…
– Рэн, – смущенно пробормотала я.
Резко выдохнув, мужчина улыбнулся широко и очень довольно, а затем вновь попросил:
– Еще раз.
– Я… не понимаю, – была вынуждена признать, убирая руку с его ладони и осторожно отодвигаясь.
Но господин Эллохар придвинулся сам, наклонился к самому моему лицу, и, не прикасаясь ко мне, попросил:
– Пожалуйста.
Заворожено глядя в удивительные глаза лорда, я прошептала:
– Рэн…
Он улыбнулся и прошептал:
– Самый невероятный момент в моей жизни.
Мне сложно было понять, что имел ввиду господин Эллохар, но хватило его улыбки и счастливых глаз, чтобы улыбнуться в ответ.
– Тебя можно обнять? – осторожный вопрос.
– Да, – забыв обо всех правилах, принципах, собственных обещаниях и вообще всем на свете, прошептала я.
Даррэн обнял за плечи, придвинул к себе, вторая его рука накрыла мои сложенные на коленях ладони. В глазах опять заблестели слезы, но я не пыталась их скрыть, ведь мы оба сейчас смотрели на озеро. И я, несмотря на то, что отчетливо понимала, насколько безнравственно поступаю, прислонила голову к плечу господина Эллохара, и отчетливо услышала его судорожный вздох.
В черном ночном озере отражались звезды, где-то в парке слышалось пение соловья, аромат цветов витал в воздухе. Ночь была тиха, величественна и красива, и я впервые за долгое время вновь могла спокойно созерцать ее красоту. И даже не одна.
– Почему вы здесь? – вопрос, наверное, звучал бестактно, но я не могла не спросить.
– Здесь спокойно, – негромко ответил он мне. – Тихо и спокойно, я устал за последние несколько… дней. А ты?
– Шла в чайную, – укол совести был болезненным, я ведь знаю, что братья Шилли ждут меня, и все равно сижу здесь.
Но самое ужасное – даже осознавая, что меня ждут, я не хочу уходить. Мне хорошо и спокойно и я очень счастливая, ведь Ниран жив и он возвратился. И утром я смогу вернуть ему утраченное здоровье. Верну, я уверена в этом, ведь со мной будет профессор Лориес. И теперь все будет хорошо, все действительно будет хорошо – мы с Нираном снимем квартиру, магия у нас есть, у меня есть работа в чайной, жизнь налаживается, и благодарить за это я должна человека, который так тепло и нежно обнимает меня.
– Спасибо, – тихо сказала я.
– За что? – прозвучал несколько усталый вопрос.
– За господина Меллоуина, – тихо ответила я. – Если бы не он, семья Шилли потеряла бы деньги, а я… они и так приютили меня и помогают, мне было бы горько и неловко, если бы из-за меня… А господин Меллоуин он удивительный человек, с невероятной коммерческой хваткой и умением зарабатывать деньги так, как не может никто другой.
– Даже спорить не буду, – как-то подозрительно саркастично протянул господин Эллохар.
Но все равно набравшись смелости, я продолжила:
– И я не знаю, как благодарить вас за спасение Нирана!
Даррэн грустно усмехнулся и произнес:
– Не стоит благодарности, Найриша, действительно не стоит. Я рад, что мне удалость вытащить его из того кошмара, в котором осталось еще так много покалеченных детей. Я сделаю все, чтобы спасти и остальных, потому что… не могу иначе. Так что не благодари, действительно не стоит, я поступил бы так, даже если бы он не был твоим братом, и это правда. Прости.
Я потрясенно смотрела на него. Простить за то, что господин Эллохар настолько благороден, что желает спасти остальных?! И скольких остальных?! Мне вспомнились слова Алеха о том, что маги давно стали пропадать, и о том, что пропало значительное количество. И вот сейчас Даррэн произнес «из того кошмара, в котором осталось еще так много покалеченных детей», и это он имеет ввиду адептов? И как-то совершенно неожиданно мне вспомнился скандал между магианной Соер и старшим профессором архимагом Габором о том, что не прекращая летнюю практику и не возвращая адептов он нарушает учебный процесс…
