– Капитан, люди готовы, – подал голос сержант Омс, известный равно своим искусством владения мечом и неуемной склонностью к формальностям.
Фэллон не отводил взгляд от северных равнин.
– Откуда ты родом, сержант?
– Сэр? – смущенно переспросил младший по званию рыцарь.
– Какое место ты называешь домом? Когда ты не в рядах армии вторжения. – Фэллон отступил от зубчатой стены и повернулся к сержанту. – Месяц назад я потерял на этом дворе весь отряд и хотел бы лучше узнать своих новых людей.
Омс криво улыбнулся и слегка кивнул, посмотрев вниз на залитый дождем двор. Они удерживали крепость больше месяца, но немало людей полегло, пытаясь отбить ее у Отряда Призраков.
Сержант снова повернулся к Фэллону.
– Местечко под названием Мост Старого Омса, рядом с Дю Баном.
– Хорошее место, да? – спросил капитан.
Омс скривился и покачал головой.
– Нет – если только вы не любите оливки. Там очень много оливок.
– Ненавижу оливки, – улыбаясь, произнес Фэллон.
– Я тоже… вот потому-то я и уехал. – Сержант повернулся и медленно пошел к каменным ступеням, спускавшимся во внутренний двор.
Под ними раскинулись великие силы Красных рыцарей. Большинство были в полном облачении и при оружии, но уже несколько недель они маялись бездельем. Знамена Красных рыцарей, два скрещенных длинных меча над рукой, сжатой в кулак, реяли над сотнями шатров. И хотя пурпурный скипетр, символ аристократии, висел на видном месте над шатром командующего, армия была полностью Красной.
Отряд Призраков уходил все дальше и дальше, и ожидание становилось невыносимым. Мобиус произнес перед войсками всего пару слов, уступив командующему Тристраму обязанность произнести приличествующую случаю речь о долге перед Одним Богом. Фэллон почти не слушал, но подозревал, что Тристрам – всего лишь марионетка в руках кардинала, который, в свою очередь, слепо выполняет приказы короля. С тех пор как его две недели назад вернули от фьорландцев, Фэллон видел короля всего однажды.
– По крайней мере, мы избавились от колдуньи, – тихо произнес Фэллон, спускаясь по ступеням следом за сержантом.
Он читал несколько донесений о том, что месяц назад произошло в Ро Канарне, и каждое из последующих было еще более сомнительным, чем предыдущее. Если отбросить все загадочные предположения, которыми было насыщено каждое донесение, суть заключалась в следующем: похоже, что Бромви Черный Страж вернулся домой и убил командующего Риллиона. Как именно прикончили колдунью – оставалось неясным, но Фэллон уверился в смерти Амейры Повелительницы Пауков. И Уильям из Вереллиана, и Фэллон видели, какое странное влияние колдунья оказывала на Риллиона и, что беспокоило еще больше, – на короля. Поэтому Фэллон был рад, что она умерла. В числе других новостей из Ро Тириса было то, что беглый Черный священник убил принца Кристофа, из-за чего уединение короля вызывало еще большую тревогу.
– Капитан рыцарей Фэллон! – Громкий голос принадлежал одному из адъютантов Тристрама, капитану-подхалиму из Тириса по имени Тауфель.
– Люди готовы, – тихо ответил Фэллон, даже не повернувшись.
– Это потом… сейчас с вами хочет говорить кардинал, капитан. – Тауфель был моложе Фэллона и, судя по всему, никогда не видел боя.
– Я Красный рыцарь, как и ты, – ответил Фэллон, голос лишь слегка выдавал его раздражение. – Пусть Пурпурные приказывают Пурпурным, а я не подчиняюсь кардиналу… и ты не обязан бегать по его поручениям.
Фэллон гневно уставился на неопытного рыцаря и знал, что сержант Омс смотрит таким же взглядом.
– Если командующий рыцарей хочет говорить со мной, все, что ему нужно, – отдать приказ… Но Мобиус – не рыцарь.
Капитан Тауфель, казалось, оскорбился – еще один признак того, что он совсем не представлял, насколько напряженными были отношения между Красными и Пурпурными сторонами сущности Одного Бога. Рыцари выполняли приказы только в том случае, когда Мобиус адресовал их через командующего Тристрама.
– Хорошо, капитан… полагаю, вашего присутствия ждет командующий Тристрам. – Тауфель слабо улыбнулся, пытаясь одновременно показать и уверенность в себе, и знание своего дела.
– Так-то лучше, – пророкотал Омс.
Фэллон стукнул кулаком в нагрудник, отдавая честь, и двинулся через внутренний двор. Сержант шел на шаг позади него, а Тауфель секунду спустя присоединился к ним. Они миновали рыцарей и слуг, сгрудившихся вокруг неяркого пламени лагерных костров. Какой бы ни была причина, по которой Тристрам, Мобиус и король затягивали преследование Отряда Призраков, ожидание становилось утомительным.
