Мендарк попросил Тензора раскрыть секрет Зеркала, но арким по-прежнему сидел без движения в дальнем конце пещеры и ни на что не реагировал.
— Ну что ж, летописец, у тебя есть шанс загладить свою вину, — обратился Мендарк к Лиану. — Что ты узнал о Зеркале за то время, пока так рьяно помогал Тензору?
— Оно было сделано на Аркане в глубокой древности. Тензор с риском для жизни доставил его на Сантенар. — Лиан сделал паузу. Казалось, он в первый раз почувствовал себя уверенно перед этой взыскательной аудиторией. — Несмотря на всеобщее заблуждение, в Зеркале нет силы…
— Ложь! — воскликнул Иггур.
— Однако оно таит множество секретов, — продолжил Лиан. — Но большинство скрыты, и даже Тензор не смог их найти. — Лиан вновь задумался, что-то припоминая. — Есть! Феламора говорила, что ключ от Зеркала в Туркаде.
— В Туркаде? — переспросил Мендарк.
— Настоящий ключ? — усомнилась Таллия.
— Больше она ничего не говорила.
— Что еще ты еще можешь нам рассказать? — спросил Мендарк.
— Итак, нам известно, что Ялкара похитила Зеркало у аркимов во время падения Тар-Гаарна. Очевидно, она вернула его, после того как построила свой Хависсард, и добавила эти знаки на раме. — Лиан дотронулся до загадочных символов. — Но никто из аркимов не знает, что это. Я прав, Малиена?
— Да, прав. Должно быть, она добавила эти жуткие луны тоже. — Малиена передернула плечами.
— Феламора была уверена, что Ялкара заколдовала Зеркало. Наверное, поэтому Феламора так стремилась им завладеть, — сказал Лиан.
— Что ж, Шанд, ты был достаточно проворен, чтобы схватить Зеркало после того, как исчез Рульк, и изречь загадочное пророчество. Может, ты нам что-нибудь подскажешь?
— Я убежден, что Зеркалом нельзя пользоваться! — горячо заявил Шанд. — В нем и вправду сокрыты величайшие тайны истории. Но Арканское Зеркало ненадежно и коварно, я недостаточно силен, чтобы извлечь из него правду. Никто из нас не обладает такой силой, даже ты, Мендарк.
Последовала долгая тишина. Жара становилось все невыносимей. Тензор по-прежнему дремал в углу: голова опущена, глаза закрыты. «От него помощи мы не дождемся», — подумала Карана, глядя на аркима с жалостью и презрением.
Шанд подошел к выходу и отодвинул занавес. Вместе с потоком обжигающе-горячего воздуха в пещеру ворвалась соляная пыль.
— Закрой дверь! — закричали все в один голос. Волосы Шанда, посеребренные солью, светились в солнечных лучах, когда он задернул холст.
— Значит, все было напрасно! — взорвалась Карана. — Все, что нам с Лианом пришлось вынести! Разрушение Шазмака. Эта бессмысленная война, которую развязал Иггур! Огромные жертвы. Бедный Раэль. Он так любил Шазмак… — Она умолкла.
— Все было напрасно, — с горечью подтвердила Таллия.
— Если бы я оставила Зеркало в Фиц-Горго, ничего бы этого не случилось, — печально продолжила Карана.
— Возможно, — сказал Мендарк. — Но вероятнее всего, ты просто слегка ускорила события.
— Тот, у кого Рульк не копался в сознании, не знает, что такое страх, — думая о своем, произнес Иггур.
— Я испытала страх! — воскликнула Карана.
— И это не в последний раз, — пообещал Иггур. — Я не прощаю обид, Карана!
Карана с ненавистью посмотрела на Иггура, который не сводил с нее невидящих глаз.
— А скольких людей ты убил, стремясь заполучить Зеркало обратно? Десять тысяч? Двадцать? Тем, кого ты изувечил, вообще нет числа. Если бы я перерезала тебе горло прямо сейчас, то оказала бы миру большую услугу. — Она подняла свой кулачок.
Иггур все продолжал смотреть сквозь нее.
— Не перережешь, — усмехнулся он. — Ты слишком чувствительная!
Она прерывисто вздрогнула и повернулась к Лиану.
— Впрочем, твоя роль во всем этом незначительна, — тихо сказал Иггур. — Вина целиком лежит на Тензоре.
Снаружи завывал ветер. Занавес хлопал. Тензор вздрогнул, его тело свела судорога. Он медленно поднял благородную голову и взглянул на Карану. Его глаза казались фиолетовыми, но в них не было жизни. Затем веки опустились, и девушка почувствовала облегчение.
Вновь наступила тишина. Наконец Карана прервала молчание:
— Ну и что вы собираетесь делать теперь? Вы обладаете такой силой, что можете двигать горы. — В ее голосе слышалась ярость. Она обвела взглядом лица Мендарка, Иггура, Тензора, затем посмотрела на Шанда, но он вновь стоял у двери спиной к Каране. — Неужели мы будем униженно просить Рулька сделать нас своими рабами? Или забьемся в какую-нибудь темную дыру и оставим наш мир ему на растерзание?
Шанд повернулся к ней лицом, его бескровные губы тронула улыбка.
— Мы можем кое-что предпринять, но не знаю, насколько это действенно.
Все взгляды устремились на Шанда.
— Говори же, — попросил Мендарк. — Кажется, и ты наконец почувствовал ответственность за то, что сейчас творится.
— Преграда возникла после того, как Шутдар уничтожил Золотую флейту. И с тех пор никому не удавалось проникнуть из одного мира в другой.
— Старая история! Рассказывай то, чего мы не знаем.
