— Не знаю, что за хуйня, я необразованный, — Люций встал с кровати и приблизился к Эшеру, нависая над ним. — Можешь меня этим попрекнуть. Вы очень любите чморить меня за отсутствие ебучего герба и родословной. Ах, прости! — он щелкнул пальцами перед носом Эшера. — Это был не ты, это был Маэстро. Дохлый, блять, Маэстро!
Он орал уже в лицо Эшеру. Почему-то это наполняло меня удовлетворением. Возможно, не моим.
Эшер, однако, смотрел спокойно и даже как-то с интересом.
— Вот и разберемся сейчас. В любом случае, я больше не собираюсь выпускать тебя из виду, — сообщил он орущему Люцию. — В машину.
А вот у меня очень своевременный вопрос. Два. Два своевременных вопроса. Во-первых, а я? Люций ощерился, глядя Эшеру в глаза.
— Потерпишь пять минут. Мне девочку доебать надо.
— Хорошо. Через десять минут, — кивнул Эшер, подталкивая к выходу Макса и закрывая за собой дверь.
Люций шарахнул в эту дверь кулаком им вслед. И мне стало понятно, почему они тут все из цельного дерева. Вмятина, конечно, появилась, но фанерную вынесло бы целиком.
— Нормально оденься, быстро, — не оборачиваясь, сказал мне Люций. Он задумчиво смотрел на вмятину. Или даже сквозь нее.
— Я что, с вами? — вот и ответ. Второй вопрос — а почему Люций вообще подчиняется кому-то? Неужели нельзя быть вампиром-одиночкой?
— Нельзя. Мы все психи. Ты отлично впишешься. Быстро, блять! — рявкнул Люций, и меня снесло с кровати. Что-то у них шутки кончились, похоже.
Пока я рылась в своем летнем барахле, пытаясь понять, есть ли вообще у меня что-нибудь для вампирских рейдов, Люций выволок знакомую мне сумку из-под кровати, а из нее достал… меч.
Я помнила, он забирал его тогда из квартиры в Перово. Но…
Довольно тонкий, очень простой, почти без гарды, грубая рукоять обмотана шершавой на вид кожей. И корявенький такой, как будто ученик делал.
— Ты блять давай полегче комментируй меч мужчины, — рыкнул Люций. — Я не комментировала. Ты обещал перестать подслушивать мысли.
— Мало ли что я на тебе обещал… — задумчиво протянул он, наблюдая, как я надеваю трусы, джинсы, натягиваю флиску. По-моему, когда мужчина смотрит как ты одеваешься, это более интимно чем когда он тебя раздевает. Но времени возражать и возмущаться не было совсем. А меня там доебать еще обещали.
— Озабоченная, — прокомментировал вампир. — Нет, наркоманочка, сегодня у нас по плану убийства, а не разврат.
— Тяжелые времена, суровые меры, — загадочно сказал Эшер, заметив у Люция меч. Мы уложились меньше чем в десять минут, но он и Макс уже сидели в «гелендвагене», переодетые в черное и обтягивающее. Ниндзи хреновы.
— Просто я умею им пользоваться, — отозвался Люций. Места в машине было полно, но он затащил меня к себе на колени. Меня неприятно кольнуло воспоминание о той ночи, когда я ехала так же в машине с ним и сидящей рядом Жаннетт.
И в этот момент я почувствовала укус в шею. Короткий, резкий, острый, мгновенно разлившийся по крови мерцающим удовольствием, которое смыло воспоминание. Я удивленно обернулась к Люцию. Что-то такое там было, в этих адово-черных глазах, что я даже не могла толком определить…
— Не беси меня своими страданиями из-за хуйни, — прошипел он, и неопознанное чувство ускользнуло у меня из рук. — Лучше пошути свои тупые шуточки про это рукоять меча или я рад тебя видеть.
— И то, и другое, насколько я чувствую, — отозвалась я безмятежно. — Если только ты не захватил еще и дилдо на вампирский махач.
На переднем сиденьи тихонько хрюкнул от смеха Макс. Эшер вздохнул и завел двигатель. Я не успела задаться вопросом, кого мы ждем, когда из дверей дома выпорхнула Мари, тоже вся в черном. Ей шло гораздо больше. Она прыгнула к нам на заднее сиденье и джип наконец выехал на дорогу.
Вел Эшер. Со своим ростом и эльфийски-нежным видом он походил на блондинку, которой мощную машинку купил папик. Но на месте любителей «учить» и подрезать я бы не стала связываться с машиной, полной вампиров, у которых проблемы.
— Что там? — спросил он Мари, полуобернувшись.
— Теплый стан, в парке найден неопознанный труп. Может и бомж, но квартира Апреля в двух станциях метро оттуда.
— Другой конец Москвы… — Эшер с такой досадой покосился на Люция, как будто тот специально инструктировал Чезаре охотиться так, чтобы вампирский отряд быстрого реагирования собрал по пути все пробки.
Мою шею щекотнул неслышный смешок.
Я угадала?
Люций был слишком мягким сегодня.
Слишком… слабым?
Это пугало меня.
Паническая атака вернулась и закрутила в голове холодный смерч. В роли жертвы мне нравилось больше, чем в роли подружки психопата, потому что теперь я по-прежнему ничего не контролировала, но появилась иллюзия того, что я могу как-то повлиять. А я ведь даже не знала, в чем его план!
