Глаза мои привыкли к сумеркам, и я только принялся рассматривать сосредоточенное лицо гостьи, как вспышка молнии ослепила меня. Не в буквальном смысле, а просто теперь глазам опять придётся привыкать. Кажется, дикарка немного успокоилась и теперь смотрела мне прямо в глаза. Обычно я непробиваемый на такие вещи, но тогда я смутился и отвёл взгляд. Когда же опять вернулся к игре в гляделки, она как-то хитро, с прищуром, смотрела на меня. Наверное, что-то задумала – только успел подумать я, как она неожиданно схватила меня за руку и потащила в дальний от окна угол комнаты.
Даже не знаю, как описать то, что происходило дальше. Я был как в тумане. Когда сознание прояснилось, я понял, что занимаюсь любовью с дикаркой. А если быть точнее, то это она со мной занимается, а я лежу на полу, как полено, и тащусь. Обидно как-то стало: меня словно насилуют, а я сдался. Так не пойдет. И я зашевелился, перехватил инициативу и вскоре был сверху. Но не долго, наступил финал, и не только у меня. Ногти впились в мою спину, и я остро ощутил, что в такие моменты боль усиливает наслаждение. Всё тело трясёт от приятной судороги, в голове взрыв мозга. Я даже не знаю, как описать то, что почувствовал в тот момент. Моё тело обмякло после столь приятного стресса, и я упал на дикарку.
Не помню, что было дальше, похоже, я отключился.
Я перешагнул через порог ведьминого дома и застал всех за обедом.
– Жрёте всё, – сказал я, и мой живот тоже возмутился, заурчав.
– Я же говорила, что с ним всё в порядке. А вы всё рвались его искать. Вот явился. Садись есть, – сказала Лилит.
Я прошёл к столу, плюхнулся на табурет и поставил саблю к стене.
– А почему спина вся в крови? – спросил Петька, который сидел сбоку от меня.
Лилит поставила передо мной тарелку супа и протянула мне хлеб. Пока я забирал хлеб, ведьма как бы случайно коснулась меня.
– У него получилось, – сказала она радостно, но тут же нахмурились.
– Рассказывай, – терпение Лысого кончилось.
– Жутко было, – сказал я и отправил в рот ложку супа.
– Да неужели? – спросила Лилит, которая явно что-то почувствовала, когда случайно прикоснулась ко мне.
– В следующий раз хоть заклинание дайте. А то пришлось самому выдумывать.
– Со спиной-то что? – не унимался Лысый.
– Когда заклинание сработало, у меня сознание замутилось. Я почти ничего не помню.
– Это, наверное, потому что кровь от мозга отхлынула, – вставила Лилит.
– Дикарка та пришла. Ну, Рыжая Соня.
– Наверное, искала, где от грозы спрятаться, – предположил Лысый.
– Не знаю, она же на тарабарском разговаривает.
– Что не помешало тебе трахаться с ней, – добавила ведьма.
Друзья уставились на меня.
– Я же говорю, соображал плохо.
– Да ещё и не тем местом думал, и вообще мы просто случайно разделись, упали друг на друга, и пока я пытался с неё слезть, всё и произошло, – продолжила ведьма.
– Может, хватит, – сказал я, слегка повышая голос.
– А ты в курсе, что эти дикарки как самки богомола? – спросила Лилит.
– Это как?
– Самка богомола убивает самца после полового акта, – наконец заговорил Длинный.
– А эти дикари ещё и каннибалы. Странно, что ты живой и целый вернулся, – добавила ведьма.
– Ты же лечила её, возможно, прикасалась, а значит, знаешь, сколько людей она съела? – спросил я, опустив ложку и отодвинув от себя тарелку. Аппетит пропал.
– Не знаю. Не смогла я её прочитать. Кольцо мне нужно, – ответила ведьма.
– Хорошо. Этой ночью идём, – сказал я и встал из-за стола.
– Шустрый какой. И куда ты собрался? – спросила ведьма.
– Я собираюсь на съедение к девушке лёгкого поведения, – ответил я с улыбкой.
– Твердолобый, – обозвалась ведьма, но тут же принесла мази, чтобы лечить мою исцарапанную спину.
На столе лежала гора вещей. Как сказал Петька: «Здесь всё нужное». Но Саня молча поделил кучу на две части.
– Здесь самое необходимое, а здесь – лишний груз, – сказал Саня, поочерёдно показав на одну кучу и потом на другую.
После небольшого спора Лысого и Длинного куча с необходимым немного выросла, но не намного.
– Обереги слабые, так что берегите друг друга. Как кольцо найдёте – сразу возвращайтесь, – сказала Лилит и повесила каждому на шею амулет на верёвочке: какие-то пёрышки, когти птиц и ещё что-то непонятное.
– Я прямо чувствую, как он меня защищает, – сказал Саня с сарказмом.
– Потом спасибо скажешь, – вступилась ведьма за свою бижутерию.
Мы переглянулись, поулыбались и, поделив равномерно вещи, вышли на улицу.
Добрались до лесного дома. Я зажёг свечу и принялся колдовать, сочиняя заклинание на ходу. Друзья, сидя в углу рядом с рюкзаками, ждали, когда произойдёт чудо.
С обычными свечами ничего не получилось, и я нашёл огарок чёрной. Пять минут колдую, десять…
– Почему не получается? – спросил Лысый.
– Потому что, – прошипел я в ответ.
Чёрная свеча догорела и погасла.
– План Б, – сказал я и надел рюкзак на спину.
– Что за план Б? – недоумевал Лысый.
– Держитесь рядом, не отставайте, – сказал я и проглотил горстку таблеток.
– Эй, Бычара, ты что задумал? – вскрикнул Саня.
