- Я знаю, что ты меня ненавидишь, и знаю - за что. Жаль. Я относился к тебе, как к младшему брату, но ты так и не понял этого. Что ж... Можешь оставить себе мои книги, кроме тех, что не сможешь прочесть. - Дрэй щелкнул пальцами, и часть фолиантов исчезла. - Я ухожу, и Парсек тебе судья. Вряд ли мы еще увидимся. Не пытайся узнать свое Истинное имя. У тебя его просто нет, как у не прошедшего обряд посвящения. Ты поторопился, друг мой. Может быть, ты и найдешь мага, который захочет сделать это для тебя. Прощай! - и наставник, не глядя на Роя, повернулся к нему спиной и исчез.
Г Л А В А 14.
Как только волшебника не стало, Рой почувствовал, что снова может двигаться. Ярость и злость душили его. У него нет Истинного имени! Дрэй, конечно, не врал. Он никогда не врал. Хорошо, хоть книги оставил. Ну, и ладно. Пусть без посвящения, пусть без имени, зато его и подчинить себе никто не сможет, а что учитель оказался недосягаем, так есть куча других магов! И уж они-то гораздо слабее его наставника. Рой понял, что его ненависть к Дрэю распространилась на них всех. Теперь у него есть цель. И какая! Вместо того, чтобы шляться по бабам, он будет подкарауливать волшебников, вытягивать из них магическую силу, а когда разберется с ними со всеми, тогда еще посмотрим, так уж ли нужно это дурацкое посвящение. Знания - вот что главное! Он молод, времени у него в запасе достаточно. Рой пытался успокоиться, взять себя в руки, но это плохо получалось. Дыхание сбилось, пальцы дрожали, на лбу выступила испарина.
Неожиданно на тропинке, ведущей к пещере, раздались шаги. Рой поднял голову и увидел монаха, принадлежащего к одной из самых странных Церрянских религий - Левоножию, предметом поклонения в которой являлся необычного вида ботинок на левую ногу. Длинный балахон, пестревший, как летняя поляна, только гораздо ярче, туфли с загнутыми носами и высокий шутовской колпак составляли наряд святого отца. На вид ему было лет сорок - сорок пять. На первый взгляд лицо священника казалось совершенно невыразительным. Но только на первый взгляд! Рой включил колдовское зрение и увидел черные пронзительные глаза, буравившие его нагло и жестко, глаза человека, привыкшего повелевать. Тонкие губы незнакомца сложились в злую твердую линию. Однако заговорил он на удивление ровно и спокойно, ничем не выказывая своего настроения:
- Приветствую тебя, юноша, во имя Великой Левой Ноги! Позволь усталому путнику отдохнуть у твоего очага и насладиться беседой с молодым отшельником. Может быть, Великое Левоножие дарует мне крупицу твоей мудрости, - и он без улыбки слегка поклонился молодому человеку, приложив руку к сердцу.
Рой молча сделал приглашающий жест и кое-как ответил на приветствие. Он удерживал двойное зрение с трудом: нервы расшатались не на шутку и мешали сосредоточиться. Между тем незнакомец без смущения уселся рядом на чурбачок и представился.
- Меня зовут Соул, я один из высших служителей главного храма Великого Левоножия. Дела моей паствы закинули меня достаточно далеко от обители, но все мы, сыны божии, легко пренебрегаем удобствами во имя спасения душ наших прихожан, а также заблудших и погрязших в многочисленной ереси, к сожалению, еще существующей на нашей прекрасной планете.
Рой, кивая время от времени, делал вид, что внимательно слушает. Второе зрение показывало разительные перемены, происходящие в собеседнике. Он превратился в доброго папочку, жестокость на лице бесследно растворилась, сменившись заботой и участием. Молодой человек был ошеломлен. Он решил держать нос по ветру, не откровенничать, и уж тем более не демонстрировать без нужды магические способности.
- Позвольте мне, скромному наставнику в руках божиих, узнать ваше имя. О занятиях я догадываюсь: травы, философия, созерцание.
- Меня зовут Рой. Хмурый - моя родина. Когда-то я жил вон там, - Рой махнул рукой в сторону вулкана, - но извержение стерло с лица земли мою деревню, и я спасся чудом. Я много странствовал, научился обращаться с травами, но вот к людям так и не прибился, а потому поселился здесь и пока доволен своим существованием. Вы можете отдохнуть у меня, но я плохой рассказчик и собеседник.
- Может быть, я никудышный психолог, но поверьте, юноша, я видел многих людей, выглядевших так, как вы сейчас, и могу поклясться Великой Левой Ногой, что в настоящий момент вы чем-то очень расстроены, вам надо выговориться, но из присущей вам осторожности вы не решаетесь этого сделать. Что ж. Я не настаиваю. Я умею уважать чужие тайны, а тайны отшельников тем более, - Соул доброжелательно улыбнулся.
Монах чувствовал, что ему несказанно повезло. Чутье, подкрепленное теплотой амулета, висевшего под одеждой на груди его преподобия, не просто подсказывало, а кричало, что молодой человек является магом, причем магом обиженным. А таких очень легко привлечь на свою сторону, если правильно подойти к делу.
