Так. А теперь как ни в чем не бывало собираем на поднос грязную посуду. Главное, не вздрагивать, когда об мои щиты разбиваются атакующие заклинания. Я подняла тяжелый поднос, выпрямилась во весь свой рост и королевской походкой двинулась к дверям. Очутившись за ними, я впихнула поднос в руки одному из слуг, которых здесь было штук двадцать. Да, да. Слуг много, а прислуживать заставили меня одну. Говорю же – главное блюдо сегодняшнего вечера. В любом другом случае это был бы конфуз, когда у довольно состоятельного графа Феста на приеме прислуживала только одна служанка. А в этот раз – это только приветствовалось.
Укрывшись от изрыгающего злость и садистское удовольствие зала хлипкой преградой в виде двери, я задумалась (слуги мне не мешали, они меня побаивались). «Что происходит? Что задумал Змей? Все это не просто так – это ясно. Змей никогда и ничего не делает просто так. Но что именно он задумал?»
Три дня назад он нашел меня в таверне в соседнем городке, где я подрабатывала мытьем посуды. Пожурив за то, что я роняю честь нашей семьи и, сославшись на родственные обязательства, он предложил мне работать у него. Змея, источающая мед??? Ну, ну. И родство, про которое он внезапно вспомнил. Змееныш доводится племянником моему так называемому отцу, ныне покойному. Моя мама была уже на третьем месяце, когда вышла замуж за графа Сордана. После моего рождения он официально признал меня дочерью. Все знали, что я ему не дочь, но раз он признал, другим также пришлось признать. А вот теплых отношений, как с отчимом, так и с его родными, у меня никогда не наблюдалось. А потому появление «братца» меня напугало. Я бы никогда не согласилась оказаться в этом доме, если бы не кое-что, что я должна была отсюда забрать. Дело в том, что этот дом раньше принадлежал нам. А после скоропостижной смерти «папочки» сказочным образом оказался в собственности его племянника. Но задолго до этих событий моя мама спрятала в тайнике нечто. И это нечто я должна была забрать, прежде чем уберусь из Горида. Если бы мамочка не установила на доступ ограничение по возрасту, я бы вскрыла тайник и уже давным-давно убралась бы из этой страны. А так пришлось дожидаться совершеннолетия, пытаясь выжить и не попасть в рабство. Как только мне исполнилось двадцать три, я подобралась поближе к этим местам. Не рискнув появиться в городке, где я оставила о себе не самые лучшие воспоминания, поселилась в соседнем маленьком городишке. Там я и недели не пробыла, как меня навестил Змееныш. Значит, знал, где я. Зря петляла по всем городам, городкам, деревням. Остается только надеяться, что про тайник он не знает. Хм, только это и остается.
Я покачала головой.
Так что же он задумал?
Может, все собравшиеся здесь и думают, что они действуют сами по себе. Только вот я-то знаю, что они делают именно то, что нужно Змею. Я же видела, как он прохаживается среди гостей и что-то лениво проговаривает. Пусть меня жовы унастиариновр дохш, если он не науськивает их. А теперь и магия. Чего же он добивается? Только одна мысль приходит в голову. Я отвечу. Я отвечу магией и тогда мне конец. Осудят. А после суда прямая дорога в рабы.
Вот тьма! Если бы я могла, я бы уже дала деру. Но нельзя. Придется держать щиты и задействовать свои тайные способности.
Выдав вслух длинную фразу о близких отношениях змей с порождениями Тьмы на дьякишкъокх, я постаралась успокоиться. Прости, мамочка, за выражения, неприличествующие леди, но обстоятельства у меня такие. Все главы этикета, которые я старательно разучивала прежде, абсолютно мне не пригодились. А вот смачные ругательства на дьякишкъокх – очень. Та-а-а-ак поднимают настроение.
Выдав еще пару фраз, красочно и с фантазией описывающих Змея в разных позах, я подхватила поднос. То, что в комнате два десятка людей, меня не волновало. На дьякишкъокх они точно не говорят.
Выйдя к Змею и к его змеенышам, я была сама кротость и беззащитность. Подставив три амулета попроще, я дала им перегореть. Не жалко. И между делом попыталась создать видимость, что от их ударов ухожу случайно. Хотя в этом не было нужды. Все знали, что я сильный маг. Из присутствующих только Змей мог потягаться со мной. А остальные так – шушера. Поэтому то, что мои щиты не поддаются, никого не удивляло. Правда, не могу сказать, что это их не злило. Злило, еще как. Но злость и магия – это, так сказать, вещи несочетаемые. Во время плетения потоков нужно сохранять спокойствие. Короче, вскоре развернутая компания по унижению меня начала затухать. Силы и резервы оказались растраченными впустую.
Вечер близился к концу, когда большая часть гостей уже не могла оставаться на ногах. Все диваны, кресла, стулья были заняты.
А потом и у меня появился повод позлорадствовать. Одна виконтесса, кстати, из тех, что больше всех когда-то подлизывалась и льстила мне, упала в обморок. Перетрудилась, бедняжка. Она тут больше всех старалась. Ой, насмешила. С ее-то резервом мой щит пробить? Хи-хи.
