Тёмная сторона Ио полностью

– Это и не нужно. Хочешь ты этого или нет, но тебя будут любить… нет… не то… тебя будут обожать, многие – я уверена – до маниакальности, многие увидят в тебе живого Бога. Знаешь, сколько раньше было культов, посвящённых эльфам? Их было ни счесть! Самые крупные: Серебряная Ветвь, Пятое Кольцо, Пыль Плутона, Слуги Луны… и многие-многие другие! Думаю, Хизро назовёт тебе куда больше и даже расскажет, чем все эти секты занимались. Своим уходом ты не поможешь Нике, более того, погибнешь сам. Не знаю, как это работает, но все очарованные впадают в сильнейшую депрессию после гибели эльфа, их очаровавшего. Многие даже кончают жизнь самоубийством.

– И что Вы предлагаете?

– Мы отвезём тебя к горцам. Цыгане отличные воры, но фехтовальщики никудышные. Мы никогда не сражались в открытую, а сейчас мечи и сабли утратили свою эффективность, как считает большинство, но не горцы! Они настолько развили своё мастерство, что способны разрубить летящую пулю. Я этого, конечно, не видела, скорее всего, это сказки, но то, что они до сих пор успешно не подпускают к себе Серых – факт. Тем более у них хранится пара эльфийских книг и куда больше уже людских древних манускриптов. Если ты всё ещё сомневаешься, то я скажу ещё кое-что: мы – цыгане – кочевой народ, судьба может занести нас в любой уголок мира. Оставь Антареса с нами – и едва ли ты его вновь отыщешь. Горцы же привязаны к своему дому, и ты всегда сможешь без труда отыскать брата. Так, что ты решил?

Сомнений у меня – естественно – не осталось:

– Я решил, что пойду к горцам.

– Молодец! – Меркула одопрительно похлопала меня по плечу.

Горячо её отблагодарив, я собрался уйти, но потом спросил кое-что ещё:

– Госпожа Шрам, а откуда Вы столько всего знаете?

– Мм? – протянула она, вновь взявшись за бутылку.

– Ну, про эльфов.

– Так мне Хизро рассказывал. Он, как-никак, но вырос среди них. Так что, пока мы едем к горцам, общайся с ним побольше.

– Будет сделано, Госпожа! – «совершенно серьёзно» пообещал я.

Она рассмеялась и велела мне скрыться.

Всё утро и весь день я помогал Хизро с лошадьми, а вечером он учил меня ездить верхом, в благодарность за хорошо проделанную работу. Учитывая, что я мог общаться с животными и растениями мысленно, моё обучение шло семимильными шагами. Старик же, видя, что мне всё слишком легко даётся, решил поучить меня ска’анне(джигитовка, вольтижировка) – выполнение акробатических упражнений верхом на лошади, придуманное Степняками(общее название степных народов, включающих в себя более ста различных общин, после смешавшихся с джиннами и назвавшихся ёак-кханцами, по месту своего проживания).

Показать, как выполняется ска-анна – к сожалению – Хизро не мог, но юный сероглазый цыган, которого подозвал старик, с этим прекрасно справился, после чего, передавая мне поводья Затмения, сказал, ехидно улыбаясь:

– Шею себе не сверни, Шурик.

– Уж постараюсь, – я влез на серую кобылу с россыпью белых пятнышек на спине, большей часть закрытой седлом.

Занимались мы немного в стороне от лагеря. Проскакав пару кругов спокойной рысью, чтобы лошадь привыкла к новому наезднику. На третьем я рискнул встать на луки. Было страшно, уже при выполнении этого самого простого из всех трюков, которые включает в себя ска-анна, я был на грани падения с лошади, что уже говорит о том, что исполнение отнюдь не было чистым. Тем не менее я стоял, расставив руки, чувствуя дискомфорт от того, что приходится стоять вполоборота к «дороге». Дальше надо было встать руками на луки, чего мне вовсе делать не хотелось, поскольку я считал, что они у меня слишком слабые. Проехав круг стоя, я начал потихоньку сгибать колени и ещё на некоторое время застыл в глуповатом положении, когда смог ухватиться за луки седла, начал переставлять обе ноги с лук на ленчик, чтобы они были вместе и оттолкнулся. Локти дрожали и грозили не выдержать, ноги неумолимо тянуло вперёд, от напряжения на руках повздувались все вены, а со спины лил упругим потоком пот. Кажется я не закончил круг, но решил, что больше не выдержу, я начал потихоньку сгибать ноги в коленях и… меня тут же снесло вниз. Я упал вниз лицом на локти и сильно их ободрал. Затмение продолжало наматывать круги, а юный ска-аннец ринулся ко мне.

– Шурик! Шурик! Ты жив?! Ты жив… – тараторил он, поднимая меня с земли.

Я же был не столько ранен, сколько напуган, в частности, той круговертью, что проносилась у меня перед глазами при падении. К нам подошёл Хизро, ведя фыркающую Затмение.

– Ну что ж ты так нас пугаешь-то, Шура? – мягко сказал он, поправляя мне воротник.

Я ненавязчиво забрал у него эту часть моё рубашки:

– Всё в порядке. Трава смягчила падение, – ноги у меня сильно дрожали, видимо, ещё не веря, что под ними твёрдая почва, которая никуда не ускользнёт.

Умывшись и переодевшись я зашёл к Меркуле, добровольно вызвавшейся нянчиться с Антаресом, изредка перепоручающей это Нике или другой цыганке.

– Вижу, старику ещё не удалось тебя убить, – усмехнулась Госпожа Шрам, вышивавшая какой-то замысловатый узор красными и серебряными на чёрной коже.