Эх, а я этому защитнику не доверилась, испугалась и взлетела. Стыдно даже.
– В честь нашего Ерта ту тварь, что его в другой мир утащила, так и назвали – ертище. Теперь и в учебнике по монстрологии есть свой Ерт, – разрядил обстановку сам Свят, как раз догнав нас и громко расхохотавшись.
– Бешао, я правильно поняла, что ты способен управлять животными? – неожиданно вступила в разговор Анжеика.
– Представляете? – воодушевилась Нила. – Я чувствую их эмоции и влияю на них, а Ерт способен управлять разумом животных. Вести за собой…
– Пастух, – ехидно усмехнулась Анжеика.
– Тогда я лучший пастух в нашем мире, – беззлобно улыбнулся Ерт.
– Как же воняет кровью! – неожиданно сменила тему Рина.
Мы дружно остановились, и Нила, как самая нетерпеливая, выпалила с придыханием:
– Может где-то здесь клад зарыт?
– Почему это клад? – опешила Рина.
– Ну ты же руду и металлы чувствуешь? А что кроме золота и сокровищ можно зарыть в лесу?
Предположение Нилы вызвало интерес и азарт у всех курсантов. Вскоре все пятнадцать человек, вместо того чтобы собирать хворост, толпой ходили за Риной, пока та, прикрыв глаза, искала клад. Наконец, она ткнула пальцем в землю между внушительными корнями разлапистого дуба. Свят, будучи еще и магом земли, сноровисто вырыл там здоровенную яму.
– Кому-то нужны запасные зубы? – ехидно поинтересовался Ивар. – Смотрите, прекрасно сохранились, могут пригодиться.
Все кладоискатели, толпившиеся у ямы, мрачно разглядывали полуистлевший скелет, «смотревший» на нас пустыми глазницами и сверкавший сразу тремя золотыми зубами в полуотвалившейся нижней челюсти.
– Нет уж, спасибо, лучше свои побережем, – сухо отказался Оллер и кивнул Святу.
Тот понял и быстро закопал никому не нужную находку.
Вот вам и клад!
– Так, скоро темнеть начнет, а у нас ни воды, ни дров, ни лежанок, ни горячей еды, – поторопил нас Ерт. – За дело!
Он достал из-за пояса слишком миниатюрный топорик и направился к поваленной толстенной березе неподалеку. Судя по всему, эту белоствольную красавицу недавно сломал один из гигантов. Я даже остановилась посмотреть, недоумевая, что именно Ерт собрался делать своим игрушечным оружием? Рубить такой смешной штукой толстое бревно – обхохочешься.
– К утру-то управишься? – рассмеялся Оллер, явно думая о том же.
– Легко, – криво ухмыльнулся Ерт, блеснув клыками.
Взмахнул топориком – и надвое развалил ближайший широченный старый пень одним ударом.
Оллер резко перестал смеяться, метнулся к Ерту и буквально вынудил дать ему топорик. Затем в изумленной тишине сосредоточенно изучал. Мне показалось, наш кузнец чуть ли не на зуб проверял его прочность. Осмотрев так и сяк, Оллер подошел к березе и рубанул по ней, еще и еще несколько раз в разных местах. Лезвие входило в дерево как в масло: ни звука, ни сопротивления. Оллер только успевал отскакивать от отваливавшихся поленьев, чтобы самому не досталось тяжеленными ветвистыми березовыми обрубками.
– Это невозможно! – выдохнул он потрясенно. – Таких нигде и ни у кого не может быть…
А Ерт, забрав у него свой топор, заметил с хитрой, многозначительной улыбкой:
– И тем не менее, у всего второго курса есть такие игрушки.
Оба парня встретились взглядами и несколько мгновений сверлили друг друга. Уж не знаю, до чего додумался Оллер, но его черные глаза неожиданно вспыхнули восхищенным интересом.
– Но откуда такой металл? – удивилась Ринка.
– Я в этом не разбираюсь, – пожал плечами Ерт, – и вообще, мы снова отвлеклись от дела!
Оллер что-то понял! Я прочла это по его взгляду. Но, скосил на меня глаза и отвернулся, явно не желая делиться своими мыслями. Он всегда предпочитал досконально исследовать заинтересовавшую вещь, прежде чем бросаться предположениями. А жаль, я бы с удовольствием выслушала, до чего мой большой друг додумался.
Вскоре мы все сидели у парочки костров, ели вкусную похлебку вприкуску с рассказами опытных магов о своих приключениях. Жизнь боевых магов неожиданно раскрылась мне с совершенно новых сторон и даже начала нравиться.
В ту ночь спать я ложилась с улыбкой.
– Вероничка-а… – ветерком прошелестело над ухом, приятно до мурашек.
Следом моего лица коснулась теплая ладонь и я распахнула глаза.
– Только тс-с… – Грей приложил палец к моим губам и клыкасто улыбнулся.
Я задохнулась от восторга, увидев склонившегося надо мной Грея. И обняла его за шею, крепко-крепко.
– Соскучилась? – в его шепоте слышалась ласковая улыбка.
– Очень-очень! – призналась я.
– Я тоже, – ответил Грей.
Его губы скользнули по моим скулам к губам. Прильнули в коротком жадном поцелуе, которого мне катастрофически не хватило. Но любимый отстранился и тихонечко спросил:
– Сильно при прорыве испугалась?
Тяжело вздохнув, испытывая стыд, кивнула:
– Меня накрыло эмоциями монстров. С трудом справилась.
– Понимаю, родная. Эмпатам сложнее, чем другим: двойная нагрузка на чувства и разум. Но ты быстро привыкнешь. Обещаю, дальше способность, сейчас доставляющая столько беспокойства, станет незаменимой в любом деле. Особенно в бою.
– В это сложно поверить, – проворчала я.
