Несколько лет назад команда под руководством физика Сергеевского и космонавтки Шишкиной наладила отношения с Дореволюционной Землёй. С тех пор важные шишки из обоих временных пластов творят альтернативную историю и используют её в своих целях.Гражданин Сергеевский основал в Москве учреждение для исследования всяческих событий на Альтернативной Земле. На ней порою случаются вещи, в которые в обычной истории никто бы не поверил.Власть имущие по-прежнему занимались своими делами. В результате один из нынешних мировых лидеров оставил следы на новейшей истории. Вскоре обнаружилась другая альтернативная Земля, на этот раз с античной эпохой и за пределами Солнечной системы. Подчинённые Сергеевского не по своей воле проигнорировали текущий уровень науки и техники, очутившись на экзопланете. Пришлось им выяснять, откуда растут ноги у последних событий.
Красны-белы, сложьте ружья,
Замиритеся войной,
Отпустите наших миленьких
Нераненых домой!
Как говорил один древнегреческий мудрец,
Кстати, как того древнего грека звали? Не Родионом случайно? Вряд ли. Хорошо, давайте лучше вспомним житьё-бытьё и прочие мелочи жизни.
Сначала бывшая космонавтка поздравила с днём рождения Валентину Терешкову (первую женщину в космосе, а не депутата). А ведь Елена ни за что не вообразила себя в том же возрасте.
Пока был жив Алексей Леонов, Елена обсудила с ним «Время первых». Заодно обсудили, кто бы сыграл в кино её саму. А то всё боялась, что актрису найдут непохожую. Черты лица, скажем, не те, или глаза не того цвета. В крайнем случае ей дадут вымышленное имя. Это уже было у киношной Пугачёвой, у героев «Салюта-7» и у тренера в «Движении вверх».
В двадцатом году Елена отметила Восьмое марта. Родион цветы, само собой, подарил. Осторожно и без лишних слов. А то всякие там таблоиды уши навострят.
Июль, двадцать четвёртое число, именины. В том же месяце проходит День семьи, любви и верности. К сожалению, не заслужила, коль не было ни мужа, ни детей.
Двадцать третьего февраля она вполне поздравила бы Родиона с Днём защитника отечества. Увы, не поздравила. Заслуг не хватило. Сентябрь для неё начинался со дня рожденья Родиона, а не со Дня знаний. Не было у неё детей, некому было идти в школу.
Елена обратила внимание на собственный день рожденья. Никуда от него не денешься. Тридцатого июня Елене исполнилось двадцать… двадцать…
Cтоп-стоп-стоп. Лучше умолчим, сколько ей лет. А то ещё обидится. Один сосед, кстати, придирался. Мол, чего это она ведёт себя как «типичная звездулька»? Даже разговаривать с ней не захотел. Елена обиделась: разве она когда-нибудь пыталась засветиться? А упрямый сосед так и придирается, так и придирается.
Немного погодя Елена сама заметила: она же не кричит, что этот самый сосед воняет электронными сигаретами. Хорошо ещё, Родион, добрая душа, хотел подарить ему никотиновые пластыри. Чтобы только себе вредил, а не другим. Да и страшные картинки на сигаретных пачках не просто так. Впрочем, чужая вредная привычка к делу не относится. Дальше упоминать не будем. А то ещё сосед нажалуется.
Повествование начнётся с других слов.
Пятнадцатое ноября двадцатого года, воскресенье. Российская Федерация. Москва. Котельническая набережная. Сталинская высотка (уж не та ли, в которой в одном фильме завёлся домовой?). Квартира, чей номер не назовём. Кухня.
На одном из шкафчиков висело фото Арсена на фоне Эйфелевой башни (ухажёр настырный, но бросить его было бы свинством). Глядел с грустью. Как бы Елене с ним поступить, чтобы его сердчишко не обиделось? Неужели накормить филейными? (Насчёт филейных ей тот сосед подсказал, сама бы вряд ли додумалась. Только сосед к колбасе относился скептически и Елене не советовал.)
А с Арсенушкой соседствовало фото младшего Сергеевского, которого Елена Шишкина обычно называла просто Родионом (как друга и приятеля). На фотографии виднелся знак ордена «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Про его награду многие как-то забыли. Ну да, для широкой публики милая девушка оказалась интереснее… Хотя недовольные тоже встречались, как обычно.
Бывали случаи, когда Елена заходила в гости к Родиону, но не к его отцу на Рублёвку, а лично к Родиону, в Певческий переулок. А там никаких домработниц не было, всё делай сам. Дома парень проявил себя: он (вы не поверите!) ни разу не переложил на подругу вынос мусора и мытьё посуды. А когда он был в доме один-одинёшенек, тогда уж тем более.
Ан нет. Временами он думал: не пригласить ли в гости Арсенище? Пускай посуду моет, мусор выносит… Пусть умерит пыл. В реальности же дело до такого ещё не дошло.
Это было у Родиона дома. А пока вернёмся на Котельническую.
Папашу вызвали в редакцию газеты. А что делала дочка? Занималась уже не техникой, а кухонными делами. Елена в неполном спокойствии ела чернику со сметаной (для здоровья) и одновременно слушала радио (для души).
«Авторадио» и «Эхо Москвы» давно прослушаны, теперь из радиоприёмника вещал «Маяк».
— У нас случилась необычная история. Обыкновенный украинец заказал песню. Вы не ослышались, перед нами самый обычный украинский гражданин. Вы удивитесь, откуда в соседней стране могут быть песни после событий с четырнадцатого года? В сегодняшних условиях музы должны молчать. Скоро вы всё услышите. Поёт наш, чисто русский.
Елена отложила ложку и прислушалась. Что там ещё?
— Довольно занятный певец. Косит под Боярского.
В радиоприёмнике возник хриплый голос. Помимо того, очень грустный.
