Темная сторона Сети полностью

На меня смотрели четверо мальчишек, три прыщавых подростка, а один и вовсе как будто сверстник Вали.

— Что с Дохлой рыбой? Что он вообще натворил?

Так смешно было наблюдать, как у них бегают глаза, мальчишки жевали губы и не знали, что делать. Я боялся, что они просто оборвут связь. Но наконец один из них заговорил, и фильтр исказил его голос до тяжелого баса:

— Мы точно не знаем. Вроде бы убивал детей. Потом говорил, что это типа Сеть его заставляет. Но он начал намного раньше, чем появилась Сеть вообще, так что это хрень какая-то.

Мы помолчали. Дохлая рыба убивал детей. Дися, ку-ку!

— В любом случае, он уже поплатился за все, — пробормотал я, сам удивившись своим словам. — Он был в Тихом доме. И вернется туда снова.

— Откуда ты знаешь?

Я протянул руку к системному блоку и вырубил его. Стянул наушники с головы. Впервые за долгое время жужжание люминесцентных ламп не успокаивало, а раздражало. Хотелось тишины. Я встал, позвал кошку, и мы вместе побрели на кухню.

Думал, сделаю себе еще чаю, но просто помыл посуду, вытер руки и, сев на корточки, долго гладил ласковое мурлыкающее животное. Собирался с мыслями, хотя все уже решил. Кошку придется выгнать. Жаль, не дал ей имени. Затем я вернулся в комнату, взял коробку, обложенную фольгой изнутри, подошел к стене и отодрал крест из клейкой ленты. Скомкал, сунул к кукольной голове, то же сделал с крестом на системном блоке, потом пошел к окну, закрытому картоном. Было приятно срывать по несколько слоев изоленты сразу. Снаружи был день. Сначала я увидел школьников с портфелями и сменной обувью, которые шли домой. Мужчину с маленькой собачкой. Женщину с большими сумками. А потом из-за высотных зданий выглянуло солнце.

Щелкнул выключатель, и стало тихо. Снаружи солнце спряталось за облака, и в комнате повис странный, очень мягкий полумрак. Я прошел к компьютеру.

Обычно редко захожу на уровень d, ведь его можно пропустить, но сейчас я почему-то начал свое погружение с него. Только смотрел на все не как обычно, а так, как научился, блуждая с Дохлой рыбой. Я видел людей — десятки, сотни, хотя на самом деле их были миллионы, они жили здесь, не думая о том, что такое Сеть, как давно она существует, кем была создана, для кого. Может, так и надо. Иначе сообразишь однажды, что социальные сети и имиджборды — это не самый верхний уровень, а на верхнем тебе не нужен ни компьютер, ни модем, не надо ловить вай-фай, ты всегда подключен. Серьезно, не стоит об этом думать. Я пошел вниз, быстро, без препятствий, без всплесков. Вокруг становилось темнее, меньше людей, больше грязи, крови, спермы, а затем и бреда. Вскоре я заметил Дохлую рыбу. Тихий дом раздавил его, стер в пыль, что в нем осталось человеческого? И что этому остатку было нужно от меня? Неужели прощение? Но я и сам не знал, что чувствую. Вместе мы проваливались еще быстрее, почти незаметно. Рамки исчезли, все менялось, я менялся, в ушах кричали сумасшедшие и шептали мудрые, музыка, шум, тишина, все слилось. В какой-то момент меня что-то легонько дернуло назад, но я не остановился, просто понял, что с телом что-то не так. Смешно, но отсюда я мог управлять уровнем d, только зачем мне это понадобилось бы? Пространство впереди сворачивалось, это были черные дыры. Минуя их, я снова ощутил, как тонкая ниточка потянула меня назад и тут же лопнула. Это была смерть мозга, запредельная кома, а я шел дальше. Впереди ждала Мертвая зона.

Странное чувство, когда в твоем сознании умирают мысли, и ты наблюдаешь за этим. Я понял, что где-то потерял Дохлую рыбу. С меня сыпался прах, просто образы и слова, которые больше не имели смысла, я двигался к двери, боясь, что кончусь раньше. Не так уж долго меня было, оказывается. Пальцы превратились в труху, но я смог потянуть за дверную ручку, скорее, Валя, я так соскучился…

Пустой чат. Никаких больше дверей — ни назад ни вперед. Никого онлайн. Только один-единственный бот.

— Это Тихий дом? — спросил я, и сообщение появилось на доске чата, но потом исчезло. Бот не  ответил.

— Как пройти дальше? — То же самое.

— Пропусти меня! У меня там сестра!

— Ты меня слышишь?

— Ты есть?

Бот молчал.

Я не  видел себя, не чувствовал, просто кричал, а потом понял, что меня не слышно — то ли голос пропал, то ли заложило уши, хотя какие еще уши, сообщения на доске чата перестали появляться. Это пустое белое поле давило на меня, словно я лежал на дне Марианской впадины, а сверху навалилась вся Вселенная, забила мне рот, оглушила, ослепила и оставила так навсегда.

Не знаю, что это было. Я увидел себя со стороны, а может, это был просто листочек из книжки с цветными снами, который мне позволили разглядеть прежде, чем окончательно раздавить. Темные дождевые облака, ветер гоняет волны по темно-зеленой высокой траве, странно уютные холмы. Кажется, я был здесь очень давно. Впереди низкий ветхий домик, за дверью которого, наверное, ожидало избавление от всего. А я лежал в паре десятков метров от него, мои глаза отражали мутное небо и сами становились мутными, медленно зарастая катарактами.