— Кирилл ты только не злись, я согласна лететь, но не в Италию. Давай купим билеты в любой город, какой скажешь, лишь бы он находился в пределах нашей страны.
Беккер закрыл глаза и шумно выдохнул. Он молча потер, виски и нагнулся к моему лицу. Пульсирующая жилка на его лбу не предвещала ничего хорошего, но отступать я не собиралась.
— Прошу тебя, передумай, — он взял меня за плечи и крепко их сжал.
— Просишь? А не поздно? В доме ты меня в известность ставил.
— Юля, — не смотря на то, что он еле сдерживался, в его голосе звучала просьба.
— Нет, Кир, я всё решила.
— Юля, ты заставляешь меня делать то, чего я не хочу. Я могу заставить тебя лететь, но тебе будет больно.
— Да, — с издевкой произнесла я. — Плохо блефуешь, ничего ты сейчас не можешь.
Алекс, заметив неладное, направился в нашу сторону.
— Юля, посмотри мне в глаза, — стальным голосом сказал Беккер.
Вижу боковым зрением Алекс перешел на бег и приближается к нам.
— Кир, не надо, я ее уговорю, — слышала я голос Алекса, но уже где то далеко и не громко.
Всё вокруг потускнело, остались лишь глаза Кирилла. Его зрачки вращались и с каждой секундой наращивали темп, пока не засветились. Стало так хорошо. Ничего не волновало. Все было неважно. Мир вокруг потускнел и замедлился, а в какой — то момент и вовсе замер. Краски исчезли, осталась только чёрно — белая картинка и красные глаза Кира. Темнота.
Приступ тошноты вывел меня из спасительного сна. Голова раскалывалась, а тело пронизывала ноющая боль. Я перевернулась и невольно застонала. Меня приподняли и, наклонив с кровати, подставили тазик. Смутно помню, но этот тазик — я уже использовала по назначению. На этот раз обошлось — желудок пустой. К губам поднесли стакан, и я немного отпила. Как безвольную куклу меня уложили и накрыли одеялом.
— Изверг, смотри, что ты с бедной девочкой сделал.
— Заткнись, Алекс, у меня не было другого выбора.
— Выбор есть всегда!
— Заткнитесь вы оба, у меня и так голова болит, а от вашей ругани сейчас вообще взорвется, сволочи хвостатые.
— Нет у нас хвостов, — обиженно ответил Алекс. — Юлёк, может тебе чего принести, — предложил младший Беккер.
— Рогатую голову твоего братца на подносе, — и я не шутила.
— Язвишь — значит, выздоравливаешь! — хихикнул Алекс и, судя по звукам вышел.
Кирилл лег рядом и положил мою голову себе на грудь. Запустив свои пальцы ко мне в волосы, он начал массировать голову. Хотела его оттолкнуть, но от массажа становилось легче.
— Ты хоть знаешь, как мне сейчас плохо? — наклонила голову так чтобы Беккер и шею мне помял.
— Нет, но догадываюсь, — чувствуя мои желания, его руки плавными движениями скользили от затылка к плечам.
— Что ты со мной сделал, черт — гипнотизёр?
— Проник в твое сознание.
— Это понятно. Почему все болит?
— Так бывает, когда стену в твоем сознании ломают впервые, в следующий раз боли не будет, — «обрадовал» Кирилл.
— Ты что, еще планируешь на мне свои фокусы показывать?! — возмущению не было предела, я то думала, его мучают угрызения совести, и он сожалеет.
— Если этого потребует ситуация, — жестко ответил Беккер. Собрала последние силы и приподнялась — хочу посмотреть, в его наглые — бесстыжие глаза. — Не вставай, — мужчина вернул меня на свою грудь. — Все равно будет так, как я сказал. Не трать силы на бессмысленные выяснения. Решив отложить кровавую месть до более подходящих времен, не стала спорить и закрыла глаза. Полегчало и клонило в сон.
Проснулась и, убрав мокрую тряпку со лба, встала с кровати. Комната была достаточно большой и со вкусом обставленной, но что — то меня смущало. Подошла к окну и открыла жалюзи. Мои подозрения подтвердились — я в море на каком — то судне.
В душевой кабине я понемногу вернулась к жизни. Расчесав волосы, уложила их в пучок. Новый наряд для меня — Кирилл оставил на видном месте. Надев розовое платье из хлопка и белые босоножки, усмехнулась — теперь Беккер решает, даже, что мне носить.
Вышла из каюты и спустилась вниз по лестнице. Толкнув первую попавшуюся дверь, я оказалась на свежем воздухе. На палубе пахло свежестью. Солнце уже касалось края моря и отражалось в воде всеми цветами радуги. До берега осталось совсем недалеко.
Я прошлась по палубе. Интересная у Беккера «лодочка» — больше на неопознанный летающий объект похожа. Завернув за угол, нашла Алекса. Он сидел на диване и, сложив ноги на стол, тасовал колоду карт. Младший Беккер, увидев меня, по обыкновению расплылся в улыбке.
— Что, очухалась, бунтарка! Смотри здесь не начуди, Кир капитан, а значит царь и бог, — засмеялся Алекс. — Хочешь, в картишки перекинемся. На желание! — он виртуозно перекинул колоду из одной руки в другую.
— С жуликами не играю, — подошла и села напротив, Алекс сразу убрал ноги со стола — и демонстративно потер рукавом место, на котором они лежали. Клоун.
— Юлёк, что ты опять на себя нацепила?
— Брата лучше спроси, теперь он мой стилист.
— Зануда он, а не стилист.
— Приедем домой, куплю тебе шмоток, — Алекс перевел взгляд чуть левее и выше меня. — Нормальных. Не как для монашек.
