Леди Радана исчезла из собственной спальни. И кто повинен в похищении, если не Страж Тёмной стороны, много лет назад заключивший сделку с отцом леди? Помощник садовника Колин, тайно влюблённый в Радану, готов на всё, лишь бы спасти её из плена злодейского. Даже украсть фамильяра у лесной ведьмы. Ведьма Инарин не намеревалась ни помогать несчастному влюблённому, ни расследовать похищение богатой наследницы. Однако соблазн вернуться туда, куда возвращаться она не собиралась, оказался сильнее. Всего-то надо проводить Колина в цитадель Стражей на Тёмную сторону и прикоснуться к собственному прошлому. Но цитадель надёжно хранит тайны каждого Стража и не спешит допускать в них случайную ведьму. Или вовсе не случайную?
Высокий брюнет, загорелый и мускулистый, сияя белозубой улыбкой, подал мне бокал с коктейлем. Другой, кудрявый блондин, прекрасный как молодой бог, бережно коснулся моей щиколотки, провёл чуткими пальцами по коже, начиная массаж. Третий, небрежно взлохмаченный шатен, услужливо склонился ко мне, держа наготове тарелку с фруктами. Взяв коктейль, я блаженно вздохнула. Как же приятно наконец расслабиться после долгого трудового дня, насладиться радостями и полнотой жизни…
«Помогите-е!»
Вопль настойчиво толкнулся в сознание, но оно, не желая возвращаться в суровую реальность, лишь вяло отмахнулось. Да и какая реальность, когда здесь так хорошо? Удобный шезлонг, три идеальных полуобнажённых мачо и лёгкий тёплый ветерок, невесомо ласкающий тело.
«Спасите!»
Накатывающие на песчаный пляж волны приглушили истошный крик, однако вид безмятежной морской глади и нежно улыбающихся мужчин начал неумолимо размазываться, выталкивая в физический мир. Я всё-таки попыталась удержаться, пусть и понимала, что процесс пробуждения уже необратим.
«Караул!! Насилуют… тьфу, похищают!!»
Я с неохотой разлепила веки. В комнате потёмки, в окно заглядывал тонкий серпик молодой луны и, естественно, ни моря, ни пляжа, ни мускулистых красавцев. Сколько сейчас времени-то?
Нащупала под подушкой карманные часы, щёлкнула пальцами, создавая огненного светляка.
Мать моя вампир, половина третьего ночи!
«Инка, коза глухая, да проснись же наконец!»
«Ну, проснулась», — мысленно откликнулась я, переводя себя в сидячее положение и силясь сообразить, что вообще происходит и чего Вит от меня хочет в этот поздний час.
«Хвала Солнцу! Меня тут какой-то извращенец домогается, а ты дрыхнешь!»
«Врежь ему как следует, — посоветовала я и деактивировала светляка. — Или укуси… в общем, сделай что-нибудь, утром разберёмся».
Спать хочу до ужаса, выдернули из такого чудесного сна по какой-то ерунде…
«Не могу! Он на меня блокирующий ошейник нацепить пытается! Вот ща-ас как закуёт и всё, хана мне!»
Никакого покоя с ними нет. И главное — что ни день, то сюрпризы.
Пришлось вылезать из уютной постели, накидывать халат и, прихватив для верности лежащий под кроватью шест, топать на помощь.
Дощатый сарайчик, приспособленный под Витькино жилище, находился за домом. Обе створки распахнуты настежь, изнутри на утоптанную площадку падало пятно света, то и дело пересекаемое длинной кривой тенью. Умиротворяющую ночную тишину нарушало истеричное ржание Вита, усиленно притворяющегося самым обыкновенным конём, и прерывистая негромкая речь незадачливого вора. Осторожно приблизившись к одной створке, я прислушалась.
— Хо-ор-роший конь… умный коник… ты только не шуми, и я тебя освобожу, — втолковывал конокрад неразумной скотине, многозначительно чем-то позвякивая. — Вызволю я тебя из плена ведьмовского и…
— И что дальше? — поинтересовалась я, выходя из-за двери.
«И ста лет не прошло», — буркнул Вит.
Решила не отвлекаться на некоторых фамильяров неблагодарных и поудобнее перехватила шест. Колдую я, конечно, куда лучше, чем дерусь, пусть даже подручными средствами, однако дураков нынче много развелось и иных больше впечатляет материальное оружие, нежели магические фокусы.
Преступник замер с поблескивающей серебром цепочкой в поднятых руках. Стоящий сбоку, на скамеечке, фонарь освещал высокую худощавую фигуру, облаченную в брюки, рубаху и жилетку. Всклоченные каштановые волосы, простоватое, не отличающееся особой привлекательностью лицо с расширенными зелёными глазами и щетиной, отнюдь не добавляющей хозяину брутальности. Выглядел молодо, однозначно человек, вроде неодарённый. На крутого бойца не похож, так что, надеюсь, шеста хватит. На худой конец капелька телекинеза ещё никому не повредила.
При виде законной хозяйки дома, конюшни и собственно коня освободительского пыла у гостя незваного заметно поубавилось. Руки задрожали, цепочка мелодично зазвенела в такт. Я выразительно вскинула брови.
— Ну, добрый молодец, зачем пожаловал? — уточнила вкрадчиво.
— А… э-э… мне бы этого… коня волшебного, — неуверенно признался вор.
Что-то новенькое.
— Не припоминаю, чтобы давала объявление о продаже лошади или любой другой домашней скотины. Недомашней тоже.
Незнакомец отчего-то побледнел. Неужели сообразил, сколько дают за конокрадство, а пуще того — что отрубают, если гуманного судьи и тюрьмы поблизости не окажется?
— Ты же ведьма, да? — выдал после недолгого размышления.
— Ведьма, — согласилась я.
— Живёшь в глухом лесу?
— Живу. В самой глухой и непролазной чащобе в округе.
Это я, правда, душой этак основательно покривила. Лесок вокруг негустой, небольшой, диким зверьём не изобилующий со времён бурной молодости моей бабушки. За лесом раскинулся городок, куда я наведывалась по работе, за припасами и свежими новостями. А ещё дальше — славный портовый город Гассин.
Визитёр благополучно пропустил ехидную реплику мимо ушей и продолжил пресс-конференцию странных вопросов:
— А за дверью железной у тебя конь волшебный, златогривый, двенадцатью цепями прикован?
