Я чувствовал себя на удивление хорошо, хоть и почти не спал, добравшись до главной улицы Бромли. Пока принимал душ, я засунул одежду в стиральную машину, и даже мои «Катерпиллары» чувствовали себя отлично.
Не знаю почему, но мне всегда было тоскливо, когда я въезжал на чопорную, чопорную улицу, где они жили, с её километрами аккуратных живых изгородей и бунгало с блестящими Nissan Micra и шестилетними Jaguar, которые каждое воскресенье получали хорошие новости от Turtle wax. Наверное, мысль о людях, выходящих на пенсию, свела меня с ума. Я бы лучше умер, чем занимался подрезкой живых изгородей и обрезкой роз. Или, что ещё печальнее, мне бы это понравилось.
Я свернул на подъездную дорожку из искусственного кирпича и остановился перед красными гаражными воротами, которые Джимми недавно пришлось перекрасить, потому что покрытие под ними было недостаточно блестящим для Кармен. Я вышел из машины и нажал на кнопку звонка. Из коридора раздался приятный традиционный звонок.
Ответа нет. Я попробовал ещё раз, затем засунул ключ в горшок с кустарником слева от двухстворчатой пластиковой двери и вытащил его. Люди ничему не учатся.
Я стукнул ещё несколько раз, поворачивая ручку. «Алло? Это я — есть кто дома?» Меня обдало запахом полироли и освежителей воздуха, и наступила тишина.
Они не могли всё ещё спать, потому что Джимми каждую ночь запирал входную дверь. Возможно, они ушли рано: учитывая, как Джимми водил, одиннадцати было бы вполне достаточно.
Это было ужасно, но не слишком серьёзно. Я звонил в американскую службу в Хитроу и говорил, что в семье какая-то семейная проблема, и Кармен нужно позвонить домой.
Я зашёл на кухню и с удивлением обнаружил, что стол всё ещё накрыт к завтраку. Кармен каждый вечер перед сном расставляла еду и уносила её сразу после еды, а иногда и раньше. Если тосты из мультизерна начинали раздражать зубы Джимми, и ей не терпелось поскорее приступить к уборке пылесосом, то это было просто ужасно.
Я схватил горсть мини-шреддис, любимых чипсов Келли, и отправил их в рот. Я видел два своих коричневых пакета Jiffy на холодильнике, где хранилась вся почта. Я поднял трубку и услышал двухтональный звонок. Почему бы им не проверять это время от времени? Это бы очень облегчило жизнь.
Чавкая, я набрал 1571 и зажал трубку между плечом и ухом. BT сообщил, что пришло два сообщения. Я схватил первый конверт, зажал его верх зубами и начал рвать, осыпая себя кусочками шоколадных конфет. Было довольно приятно вернуться к своей жизни, какой бы ужасной она ни была, слушая, как я бормочу на автоответчике.
Я заглянул в коридор. С этого ракурса я увидел, что дверь в гараж была неплотно закрыта. То, что Джимми осмелился оставить дверь приоткрытой, было само по себе странно, но я также увидел, что там всё ещё стоит отполированный до блеска кузов его «Ровера».
Дерьмо.
Конверт и телефон медленно опустились на кухонную столешницу, и последние кусочки хлопьев выпали изо рта, когда у меня отвисла челюсть. Протянув руку, я взялся за ручку ящика со столовыми приборами и осторожно его открыл. Всё было на своих местах: картофелечистка, нож для хлеба, вилки и ложки. Я вытащил два овощных ножа, по одному в каждую руку, и вышел в коридор, осторожно ставя ноги на плитку Amtico, чтобы не скрипели «Катерпиллары».
Сжавшись от страха, я осмотрела коридор и повернула направо.
Никаких следов взлома. Единственным источником света была кухня и полузастеклённая входная дверь.
Дверь в гостиную находилась всего в трёх шагах справа от меня. Комната была пуста: всё лежало на своих местах, журналы были разложены, подушки всё ещё взбиты, а шторы не были задернуты с тех пор, как она легла спать. Я слышал только тиканье старинных часов в углу.
Я вернулся в коридор, закрыл гаражные ворота и запер их, прежде чем пройти мимо ванной. Там не было никаких признаков утренней жизни, никакого конденсата на зеркалах и окнах, никакого запаха мыла или дезодоранта. Поддон для душа был сухим, как и ванна. Сухие полотенца аккуратно сложены на радиаторной решетке.
Я снова вышел в коридор и повернул налево, к спальням. Следующая дверь справа была спальней Кармен и Джимми, а следующая – спальни Келли. Обе двери были приоткрыты.
Я легонько толкнул первую, отступая в сторону, не желая становиться мишенью.
В комнате было темно, лишь несколько лучей света пробивались сквозь безупречно подобранные шторы Кармен. Но мне не нужно было видеть их присутствие: я чувствовал их запах.
Металлический привкус крови. Приторная вонь дерьма.
В моей груди сильно колотилось.
Ох, чёрт, нет. Только не снова…
Я побежал к следующей двери, мои ноги не могли покрыть шесть или семь шагов так быстро, как требовала моя голова, и я хотел попасть в ее комнату до того, как начнется видео.
Не потрудившись проверить, прежде чем вломиться, я нажал на выключатель.
Комната была пуста.
Я проверил под кроватью, проверил шкаф. Ничего.
