«Ты сказала, что слышишь секреты. Что ты слышала про нас?»
«Я уже сказала тебе. Большинство горожан считают вас ангелами. Некоторые полагают, что вы демоны. Но всем им вы внушаете благоговейный страх»
«Никаких намерений нападать?»
«Я не слыхала»
«Хорошо» он обхватил руками ее талию, поднял и вынес их кабинки душа. Он склонился возле нее и взял из шкафчика полотенце. Обернув ее плечи, чтоб материя прикрыла и согрела ее, он вытащил одно и для себя.
«Хорошо? Это и все, что ты можешь мне сказать?» поинтересовалась он.
«Да»
Удивление заставило ее раскрыть рот.
«Ладно, теперь, когда я рассказала тебе, я хотела бы позвонить моему начальнику и дать ему знать, что со мной все в порядке»
Мэддокс покачал головой.
«Боюсь, это не вариант. Никому нельзя знать, что ты здесь. Для твоей безопасности, и для нашей»
«Но…»
«Это не обсуждается. Сейчас и всегда ответом будет «нет»
Ее рот опять раскрылся, словно она намеревалась возразить.
«Отлично» Только и сказала девушка.
По ее тону, он понял что это не так. Она вероятно планировала найти телефон едва он отвернется. Женщины. Впервые он понял что имел в виду Парис произнося это слово как ругательство. Он вздохнул.
«Клянусь тебе, Эшлин, это лучшее из того, что я могу тебе предложить»
Отворачиваясь от него, она отирала руки. Ее движения были немного замедленны, немного размеренны, словно ее ум был где-то далеко.
«Что не так?»
«Много чего. Мне надо позвонить моему начальнику, и я намеренна таки найти телефон. Ты не остановишь меня»
«Это…»
Теперь она перебила его.
«И даже ты – бессмертный – должен счесть меня странной после того, что я поведала тебе, так что я не знаю почему ты отрицаешь это»
Он стер влагу со своих волос и обернул ткань вокруг шеи.
«Ты не странная. Я считаю, что ты прекрасная, умная, храбрая и что самое важное, вкусная»
Она обернула полотенце вокруг своего торса, пряча от него зрелище.
«Правда?»
Такая сильная неуверенность в себе, должно быть, вбивалась в ее головку годами. Он нахмурился, решительно стремясь убить того, кто обладал таким словесным могуществом.
«Правда» Взяв за плечи, он обернул ее. Столкнулись их взгляды. «Если б ты знала хоть половину происходившего здесь, ты…» Он стиснул губы. Проклятье, ему не стоило говорить такое.
«Имеешь в виду, что здесь нечто более, чем убийства и воскрешения?» сухо поинтересовалась она.
Намного больше.
«Так чем же мы сейчас займемся?» она вытянула широко руки.
Хотя он желал провести остаток дня с ней, он не мог себе этого позволить. У него по-прежнему были обязанности, он был воином, чей дом требовал защиты, и сейчас как никогда. Проводив ее в спальню, он оделся, затем подобрал с пола рубашку, плавки и пару штанов, бросил это ей.
«Надень это»
Она не словила ничего и вынуждена была наклоняться, чтоб собрать их. С каждым движением белое полотенце поднималось по ее бедрам все выше. Его член затвердел. Снова. Он должен был утомлен, но нет. Не с Эшлин. Он волновала его несмотря ни на что.
«Есть пару вещей, которые я должен сделать» сказал он, скорее напоминая себе, чем в ответ на ее вопрос.
«И ты возьмешь меня с собой?» спросила она, крепче вцепляясь в ворох одежды.
«И да и нет»
«Что бы это означало?»
Он полагал, что лгать не имело смысла. Она вскоре догадается.
«Я запру тебя вместе с Даникой, пока буду заниматься…делами. Таким образом у тебя будет компания и будет кому присмотреть за тобой и позвать меня, если тебе опять станет плохо»
Поначалу панический вид овладел ее лицом. Затем сердитый. Ее брови изогнулись, а кончик языка пробежал по губам.
«Во-первых, нет потребности запирать меня. Я же сказала, что остаюсь. А во-вторых, ты говоришь, что Даника под замком? Она пленница?» последнее слово было произнесено как крик ярости.
«Да» он надеялся, что подтверждение рассердит ее еще больше – он желал узреть ее язычок снова.
«Но Мэддокс, ты же сказал мне, что была первой женщиной, которую ты…»
«Не я посадил ее под замок. И я не соврал тебе. А сейчас, ни слова больше. Пожалуйста» Попроси она его освободить Данику, он захочет сделать это. Он захочет пойти против остальных и удовлетворить ее требование. «Одевайся, или я вытащу тебя из комнаты голой»
Она молча изучала его. Молча, она умоляла его… о чем? Он не мог понять. Он ничего не сказал. Не мог. Время было его недругом.
«Так что же? В одежде или голышом?»
Она нахмурилась на него, впервые по-настоящему проявив характер, и предоставила ему смотреть ей в спину. Двигаясь отрывисто и натянуто, она позволила полотенцу упасть на пол. Изящно покатая спинка…округлая попка… Его рот увлажнился.
«Я бы должна спорить с тобой, но не собираюсь. Знаешь почему?» Она не дала ему времени на ответ. «Не потому что ты так приказал, а потому что мне улыбается возможность проверить как там Даника»
Она быстренько оделась, и он должен был быть счастлив, что ее сочные формы были прикрыты. Никто другой не сможет разглядывать ее; ни у кого другого не будет шанса насладиться зрелищем. Но это также означало, что он не увидит, и он не насладится.
«Они слишком велики» оборачиваясь, пожаловалась она.
