Темнейшее желание полностью

Жозефина изогнулась, потерлась об него своим маленьким жаждущим телом, создавая удивительные ощущения.

— Безусловно.

Кейн снова окунулся в этот вкус. Его язык скользнул в рот девушки и она застонала, столь же потеряна, как и он, в месте, где ничто кроме удовольствия не имело значения.

Сперва Кейн был осторожен, настолько нежен, на сколько мог.

Жозефина колебалась, неуверенная в этом раннем утре, и комнате, наполненной солнечным светом, но чем дольше Кейн целовал её, тем глубже она позволяла ему овладевать своим ртом.

И чем глубже становилось его обладание, тем сильнее девушка таяла против него. Вскоре, их языки встречались с таким напором, от чего только сильнее разжигали желание.

Кровать затряслась. В голове раздалось рычание.

Кейн скользнул рукой под её рубашку и обхватил грудь. Жозефина прогнула спину, предоставляя лучший доступ, и Кейн начал ласкать её грудь. Она настолько восхитительно ему подходила. Жозефина захныкала, и этот декадентский звук довел Кейна до неистовства.

— Тебе нравится, когда я так к тебе прикасаюсь?

— Да.

— Я могу сделать больше. — Кейн провёл пальцами по её животу к бедру.

— Вот здесь.

— Пожалуйста.

Одно слово в ответ, словно она не могла сосредоточится на его словах, только на прикосновениях.

— Я хочу снять твою одежду. Всю.

— Дааа.

Кейн разорвал ворот её рубашки, и прижался ртом туда, где были его руки. В то время как он посасывал её соски, Кейн расстегивал свои штаны. Потом, наконец-то…

— Подожди, — попросила Жозефина, прорываясь сквозь чувственный туман. — Подожди. Может нам стоит обдумать все это.

Он не станет ругаться.

— Мы можем подумать позже.

— Но… я не уверена… вдруг мы совершаем ошибку…

Кейн услышал шаги и мужской свист за дверью.

Нет. Только не снова. Особенно сейчас, когда Кейн был полон решимости узнать почему Динь думает, что они совершают ошибку.

В дверь постучали.

— Йо. Воин. Время сада, — позвал Уильям. — Ты не хочешь заставить её царственность ждать. Она уже послала стражника на поиски твоего Адского Колокольчика.

Кейн заревел:

— Убирайся.

За паузой последовал смех.

— Я не вовремя?

— Все в порядке, — неуверенно, затаив дыхание, отозвалась Динь. — Если королева хочет видеть меня в саду, значит она выстраивает игру в крокет. Мне нудно идти.

Кейн. Ненавидел. Уильяма.

Наконец кровать перестала сотрясаться.

— Давай одеваться, — вздохнул Кейн. — Я иду с тобой.

— Все просто, — объясняла королева своим снобистским тоном. — Служанка Жозефина свяжет свою маленькую серую…

— Так её больше никто не зовёт, — заорал Кейн, заставив Жозефину вздрогнуть.

Королева побледнела.

— Ну, она должна стоять, расставив свои бесстыжие ноги… я хотела сказать ноги, — исправилась она, когда Кейн угрожающе шагнул к ней, — а мы, каждый по очереди, будем посылать шары сквозь проем, молотами.

Жар затопил щеки Жозефины, и она вцепилась в запястье Кейна, пытаясь удержать его на месте.

Как только она поняла, что Кейн не станет нападать на женщину, то отпустила его с явным намерением пересечь поляну и занять свою позицию.

В этот раз, ему удалось схватить Жозефину за руку и остановить. Кейн отрезал:

— Она не будет этого делать.

Королевы зафыркала и запыхтела, а Жозефина слушала, как эти двое ударились в жаркий спор о её месте в игре.

— Я поговорю с королем, чтобы уладить проблему, — прорычал Кейн. — Девушка моя, и я решаю, что она делает, а что нет.

Пенелопа впилась взглядом в Уильяма.

— Разногласия — не нужная трата времени. Дай ему то, что он хочет, — ответил воин. — А позже, я сделаю то же самое для тебя.

В его тоне прозвучала странная смесь скуки и сухости.

— Хорошо, — фыркнула королева, то ли испугавшись выступить против короля, то ли стремясь заполучить все, что обещал Уильям. — Мы сыграем без служанки… я имела в виду, девушки.

— Так лучше. — Кейн похлопал Жозефину по руке и присоединился к группе на поляне. Девушка сжала губы, чтобы не рассмеяться.

В следующий раз, я сама постою за себя. Однажды, Кейн назвал её храброй, а он не лжец, значит настало время исполнить свою роль.

Потом будут последствия,… последствия, которых она когда-то боялась больше чем что-либо на свете.

Но она больше не была рабыней, и это не её место в жизни, и не то что онабудет больше терпеть, подумала Жозефина.

Возможность выбора. Она есть у неё. И она может сделать свой выбор.

Солнце более яркое, чем обычно, отбрасывало золотистые лучи поверх разнообразных цветов и статуй, изображающих Тиберия, Синду, королеву Пенелопу и Леопольда. Хотя один из Леопольдов был потрепан погодой, его никогда не реставрировали.

Воздух был теплым и это тоже хорошо. Платье Жозефины было все еще влажным после стирки, устроенной Кейном.

Проигнорировав свой мяч, Синда взглянула на Кейна и прикусила нижнюю губу.

— Ты не мог бы мне помочь, Повелитель Кейн? Я слишком слаба, чтобы ударить достаточно сильно по мячу.

Это что… флирт?

Задержавшись на мгновение, Кейн потопал к ней.

Да. Это флирт.