«Вот то-то же, – подумал Олег. – Вот и иди отсюда. А то еще укушу». К слову, «уйти отсюда» было бы лучшим решением, которое эта девушка приняла в своей жизни. Покинув место празднования Дня прощения, она спасла бы жизнь и себе, и ребенку.
Термическая бомба расплавит тела существ, пришедших на Красную площадь, так быстро, что они вряд ли что-то почувствуют. Хотя, ряд научных исследований подтверждает, что предсмертная агония сопровождает любой из способов умерщвления. Так что отделаться от мук совести будет непросто.
Олег предпринимал все, что мог, дабы темноборцы во главе с Небесным Советом смогли признать его равным себе. Этот теракт был очередной ступенью карьерной лестницы. Если вампиру доверили осуществление масштабной провокации, дискредитирующей его сородичей и дающей основания для их истребления, то вопрос доверия можно считать исчерпанным.
Барабаны сменились мелодией флейт и скрипок. Шестеро скрипачей, облаченных в парадные фраки, появились на сцене и, смиренно склонив головы, принялись играть что-то среднее между реквиемом и сонатой, в которой чувствовалось отсутствие недостающей фортепианной партии. Сопровождающий их дирижер позволил себе заменить традиционные брюки с атласными лампасами слегка рваными синими джинсами, что выглядело не столь комично, как может показаться на первый взгляд, сколь экстравагантно и претенциозно.
Темноборцы никогда не боялись стилистически выделяться на фоне всех остальных, и при этом чувствовали себя комфортно.
Основой концерта служили звуки традиционных музыкальных инструментов, лишь изредка перемежаемых вокальными партиями, исполняемыми на русском и на английском. Второй предназначался для истинных темноборцев, которым даровано понимание языка, и включал куда более откровенные и провокационные высказывания вроде «
Концерт сопровождался вспышками в небе, похожими на фейерверки. Сперва могло показаться, что это и было традиционным салютом, но стоило присмотреться – и становилось очевидно, что с каждым новым залпом радиус, на который разлетались искры фейерверка, становился все меньше. По всей видимости, круг, описываемый разноцветными искрами, должен был рано или поздно сойтись в точке, ознаменовав окончание концерта и начало основной части мероприятия. «Достаточно оригинальный способ подсчета времени», – отметил про себя Олег, подсчитывая периодичность залпов и стараясь понять, когда это напускное величие Дня прощения завершится.
Что-то капнуло с неба на плечо Тиглева. Олег посмотрел на свою куртку и чуть было не прыснул со смеха. Надо же, до какого маразма дошли!
С неба капало золото, прямо из облаков. Золотой раствор, разработанный темноборцами для истребления колдунов, выпадал в виде осадков на Красной площади. Дорогущее золото, используемое как денежный ресурс и частица военного снаряжения, растрачивалось впустую. Начавшийся с отдельных капель, золотой дождь постепенно перешел в морось, а затем в ливень.
Вслед за дождем, на радость оголтелой толпе, с улыбками на лицах собирающей золото в кошельки, пошел мелкий град. Значит, раствор заменили на золото высшей пробы. Но как удалось повлиять на погодные условия Мидлплэта? Каким образом Верхний покров мира поддался желаниям темноборческого Небесного Совета и излил из своих облаков то, что они захотели? Для решения этой технологической задачи не хватило бы знаний всех инженеров и биотехнологов Мидлплэта.
Выглядит столь же волшебно, сколь и нелепо. «Волшебно» – самое подходящее в данном случае слово. На погодные условия Мидлплэта могут влиять лишь могущественные колдуны. Однако странно было бы предполагать, что темноборцы обратились за помощью к виду, против которого ведут геноцид. Да и колдуны не нашли бы для себя выгоды в подобном сотрудничестве. К тому же, любого колдуна насторожит работа с золотом, не сулящим ему ничего, кроме смерти. С другой стороны, техника и технология постоянно развиваются, проникая в самые сокровенные тайны мироустройства. Чем-то же должна замещаться магия, для которой в современном мире почти не осталось места.
С последней каплей золотого дождя прервалась и музыка. Со сцены унесли микрофоны и отключили колонки. Над Красной площадью повисла неожиданная тишина, прерываемая лишь редкими возгласами перевозбужденных от вида золота разумных существ. Толпа постепенно застывала в предвкушении новых зрелищ. Шоу близилось к кульминации.
Небесный Совет улавливал тонкую грань между нарастающим ожиданием и полноценной скукой. Как только равновесие начало смещаться в пользу скуки, на сцене появился очередной диктор. Нарочито спешно, всем своим видом показывая ежесекундное желание подавить очередной зевок любого разумного существа, пришедшего на День прощения, седеющий коренастый мужчина вбежал по ступенькам на сцену.
