– Простите. Так вот, Софья Александровна, мы могли бы с вами поговорить? Где-нибудь на нейтральной территории? Не бойтесь, я много времени не займу.
– Окей. Тёмкин, прости! Почитаешь пока немножко сама? Я быстро!
Она что-то пробурчала себе под нос и скрылась за дверью.
– Трудный ребенок?
– Обычный!
– Хо-хо! Даже так?
С каждой минутой собеседник нравился мне все меньше. Но у кого еще я могла надеяться выспросить хоть что-нибудь про папу Сашу? Этот Мендель-Хаим, он ведь общался с ним в последние годы. И он явно знал, кто такая Тёма.
– Знаете, я почему-то был уверен, что вы не приедете. Что, наоборот, будете пытаться продать квартиру из Москвы и неизбежно тогда выйдете на меня, ведь у меня ключи. Когда соседи звонили, решил, что это Аграт вернулась, несмотря на уговор. Вы знаете, кто такая Аграт?
Я кивнула.
– Надо же, как все интересно! И что, вас это совсем не волнует? Вы, значит, живете с этим существом, играете с ней в дочки-матери. Вы сказали, почти полгода?
– Это не существо, а моя сестра! И как вы смеете… Я с ней не играю, я…
– Конечно-конечно! Маленькая бесовка забралась к вам в душу. Это они умеют! Жаль, что я с самого начала не успел вмешаться. Был, понимаете, в отъезде. Швейцария, Калифорния, Сидней – помотался, короче, по свету. Деньги собирал для ешивы.
– Для этого еще надо куда-то ездить? – удивилась я. – Я думала, сегодня для этого достаточно компа под рукой.
– Если бы! Это ж только так говорится – собирать. Деньги же не грибы. Надо ездить, встречаться с людьми, убеждать, уговаривать, ждать, пока созреют. Впрочем, вам все это должно быть скучно и неинтересно. Поди ж ты! В голову не пришло, что у вас есть ключи. Думал, в любом случае вы сперва спишетесь с адвокатом, а уж он тогда свяжется со мной.
– Как видите, обошлось без вас. Так о чем вы хотели со мной поговорить? Только быстро, я очень спешу.
Мендель-Хаим выразительно помолчал.
– Видите ли, Софья Александровна, – произнес он, глядя не на меня, а куда-то в пространство. – Я, честно говоря, думал, что это у вас будут ко мне вопросы. Например, о последних днях вашего покойного батюшки. Или о том, как появилась на свет ваша так называемая сестра.
– Батюшка ваш был удивительный человек! Таких, как говорится, теперь не делают. Еще когда он в ешиву впервые пришел, все сразу увидели, что это будущий талмид-хахам
Мы ему все твердили: негоже человеку быть одному. И рав с ним на эту тему сто раз говорил, и шидухи ему без конца предлагали. Я сам его с сестрой двоюродной знакомил. Мало ль, думаю, чем черт не шутит, вдруг двух хороших людей осчастливлю. Она у меня, между прочим, тоже не хухры-мухры. Образованная женщина, по профессии зубной врач. Вы знаете, что такое в Израиле зубной врач с ришайоном
Привез он ее из Эйлата. Зачем, спрашивается, кошерному человеку в Эйлат ездить? На девок в купальниках любоваться? Ихса!
Никому он, понятно, ее не показывал. Но Иерусалим-то не Москва. Город маленький, нигде здесь не спрячешься. Углядели их, доложили раву. Рав вызвал Сашу к себе. Ничего такого, просто поговорить. Понятно же, человек холостой, к тому же бааль тшува, нравственные устои не привиты, не он первый, не он последний. Но ведь лучше же, чем безобразия разводить, все-таки кошерно жениться. Даже если проблемы есть, всегда находятся способы.
Саша сперва вроде даже не понял, о чем речь. «Женщина? Какая?» Беса ведь не всякий видит, вы, наверное, сами уже заметили. Вот Саша и надеялся проскочить. Но только не у нас, не в нашей среде! У нас с этим без вариантов. Кто Тору учит, тот этих тварей не то что видит – носом чует.
Рав тоже, хоть и мудрец, не сразу сообразил, с чего такая реакция. Глупо ведь отрицать, раз все видели. По-хорошему попросил привести женщину к нему. Он, мол, с ней поговорить хочет.
– Что, в ешиву?! И Аграт пришла?
