— Даже если так, то неизвестно, кто ее придумал. Но не забывай: о том, что Стоун исчез, знает очень немного людей, еще меньше — как он исчез. И, учитывая его должность, это может вызвать вопросы на весьма высоком уровне. Именно поэтому мы не предоставляем информации Адмиралтейству… Не исключено, что они еще не знают о его исчезновении. В общем, это тебе информация к размышлению.
— Понятно. — Хадсон попытался сесть поудобнее, но не смог и снова повторил свою попытку. Сергей поддержал его под локоть, и раненый капитан смог наконец принять более удобную позу. — Да, мне все понятно. Для всего этого есть простое и единственное объяснение.
— А именно?
— Это на самом деле был Стоун. Тот самый парень, который ушел с «Ланкастера» посередине прыжка, а теперь где-то прячется и ждет новой возможности расправиться с адмиралом, а заодно. — Он приложил руку к своей забинтованной груди. — С любым, кто окажется у него на дороге.
… Теперь Торрихос сидел в кресле пилота на своем капитанском мостике, чувствуя себя маленьким и бессильным, думая о том, как проходит беседа внизу, и задаваясь вопросом, все ли ему удалось предусмотреть.
Мак-Мастере сделал небольшой глоток из своей кружки с горячим кофе и поставил ее перед собой на стол.
— Адмирал Марэ, — сказал он, бросив косой взгляд на нахмурившегося Айронсайда. — Я представляю положение, в котором мы оказались. Но я решительно не могу проводить заседание суда на борту вашего флагмана.
— Я вполне доверяю службе безопасности коммодора Торрихоса, — сказал Марэ. — И не доверяю вашей.
— Я готов понять вашу позицию, милорд, — Мак-Мастере вновь поднял свою кружку и опять поставил ее на стол. — Но я прошу так же понять мою. Вы решили перенести эту… дискуссию на заседание военного суда. Сделав так, вы привели в состояние ярости большое количество людей, которые жаждут вашей смерти. Создается впечатление, что кто-то не хочет, чтобы этот процесс пришел к логическому завершению.
Я не позволю кому бы то ни было, убийце-одиночке или заговорщикам, гражданским или военным, помешать суду закончить выполнение своих обязанностей. За вашу безопасность отвечаю я лично, но, поймите, я не должен давать повода даже к намекам на попустительство в отношении вас. Даже если бы я согласился на ваши условия, перенос суда на «Ланкастер» произвел бы впечатление сговора. После этого процесс попросту бы развалился.
— И что же вы предлагаете?
— Избрать другое место проведения суда. Найти приемлемое для обеих сторон место, где ваша личная безопасность будет гарантирована.
— Она была гарантирована и прежде, — резко возразил Марэ.
Мак-Мастере уже готов был что-то сказать в ответ, но в спор неожиданно вступил Айронсайд.
— Сэр, Кодекс не предусматривает, чтобы в этом или ином вопросе мы шли на уступки обвиняемому. У адмирала Марэ есть два выбора: либо согласиться со всеми условиями проведения процесса, включая место проведения, либо полностью не согласиться, отказавшись таким образом от своего намерения оправдаться. Я уверен, что Главный военный прокурор не одобрит такую попытку… приспособления. — Было видно, что обвинитель не пытается скрывать свою неприязнь к Марэ, а последнее слово он произнес так, словно в нем было что-то непристойное.
— Меня совершенно не волнует мнение Главного военного прокурора, холодно ответил Марэ. — Это не его компетенция.
— Капитан, мне кажется, нам не нужны ультиматумы, — отпив глоток кофе, сказал Мак-Мастере. — А вам, адмирал, я скажу, что мы не можем игнорировать формальные моменты. Если бы вы были капитаном небольшого ракетоплана, создавшим помехи для космического движения, суд прошел бы быстро и просто. Никто бы не попытался вас убить, и мы бы не спорили по поводу места проведения процесса. У нас довольно мало возможностей для выбора. Военный суд не может заседать на корабле, который находится под вашим командованием. Вместе с тем любая военная база на Земле может с таким же успехом подвергнуться аналогичной атаке, и на этот раз потенциальный убийца скорее всего уже не промахнется.
Я предлагаю место, которое можно считать вполне безопасным из-за ограниченного доступа к нему. Это лунная база Гримальди.
— Слава богу, что не Маре Имбриум! — усмехнулся Марэ.
Маре Имбриум была первой лунной базой, построенной ООН в начале двадцать первого века. Со временем ее население достигло нескольких миллионов человек, обосновавшихся глубоко под поверхностью Луны, а размеры стали так велики, что ее можно было видеть с Земли невооруженным глазом.
— На Гримальди может попасть далеко не каждый. Она расположена на самом краю видимой части Луны и удалена от всех грузовых и пассажирских коммуникаций. Мы заранее сможем засечь любого, кто вздумает приблизиться к ней по поверхности Луны или из космоса.
— А что в отношении «Ланкастера»? Разрешите ли вы ему находиться на лунной орбите?
— Нет, — категорически возразил Айронсайд. — Сотрудники аппарата Главного военного прокурора не могут работать в таких условиях. Я возражаю.
Мак-Мастере посмотрел сначала на Марэ, потом на свою чашку с кофе, словно надеялся найти там подходящие слова.
