– Но я знаю, где они! – воскликнула Тижос. – По крайней мере один из временных модулей. Вспомни, я изучала компьютерную сеть станции. Их субмарина автоматически подключается к станционной сети каждый раз, когда оказывается в пределах лазерного соединения. В системе сохраняются копии ее логов, в том числе сведения о перемещениях и времени. Посмотри! – Она с радостью активировала собственный терминал, подключилась к сети «Хитоде» и вызвала на экран логи подводной лодки. – Забрав первый модуль, субмарина вернулась, и информация автоматически обновилась. У нас есть все данные о ее путешествии.
Гишора выглядел разочарованным.
– Объясни, почему мы вообще до сих пор можем пользоваться станционной сетью? – спросил он после минутного размышления.
– О, мы не можем. Викрам Сен закрыл нам доступ вскоре после того, как ты велел людям покинуть Ильматар. Но в ходе нашего расследования я сделала копии файлов покойного Анри Керлерека, в том числе его паролей и кодов. Они по-прежнему действуют, так как Сен не удалил его профиль.
– Ты молодец, Тижос, – похвалил ее Гишора, но он явно был недоволен. – Впрочем, думаю, стоит выждать пару дней, прежде чем отсылать эти файлы на орбиту. Не хочу торопиться, если этого можно избежать.
Тижос съежилась, вся радость тут же покинула ее.
– Боюсь, у меня плохие новости. Я привыкла отсылать на корабль копии моих логов и записей каждые несколько часов. Эта информация уже у Ироны, ему осталось лишь ее просмотреть.
Гишора шлепнул ее, но не слишком сильно: жест казался совершенно символическим.
– Боюсь, теперь мы не сможем надолго отложить рассказ о наших открытиях. Иначе кто-нибудь сверит даты и время. Значит, завтра, но не слишком рано, – осунувшись, он сел на подушки. – Я надеялся использовать задержку, чтобы потратить больше времени на изучение Ильматар. Вместо этого мы опять должны вести себя как на войне. Ненавижу!
Тижос пристроилась рядом с ним, они обнимались и гладили друг друга, пока не смогли хотя бы притвориться, что чувствуют себя лучше.
Изгнанники Роб, Алисия и Осип с удобством устроились в «ракушке» номер два. Роб, по правде говоря, опасался, что в крошечном пространстве модуля им придется сидеть друг у друга на головах, но на деле больше всего он страдал от одиночества.
Алисия с остервенением взялась за исследования. Когда – или если – шоленам удастся затащить ее на орбиту, она намеревалась увезти с собой терабайты новых данных об Ильматар и ее обитателях и теперь полностью сосредоточилась на сборе информации, оставляя анализ на потом. На практике это означало, что Алисия по десять часов в сутки проводила в воде: вела съемку, собирала биообразцы и записывала поток с гидрофонов. Она облазила с камерой все окрестности источника и задокументировала все, что встретила. Вечером возвращалась в «ракушку» совершенно без сил, с трудом добираясь до койки.
Осип, в свою очередь, присматривал за шоленами. Он не решался подвести субмарину слишком близко к «Хитоде», но сидел в ней часами напролет, затаившись на дне, отключив источники питания, и через лазерное соединение с высланным на максимальное расстояние дроном слушал, что происходит вокруг станции.
Робу досталось обслуживание «ракушки». По идее, она была совершенно новой, так что вся работа обещала свестись к просмотру мультсериалов, но практика, как обычно, разошлась с теорией. Вскоре ему пришлось заняться отладкой систем, которые то ли неверно настроили, то ли изначально неправильно спроектировали еще на Земле.
Больше всего проблем доставлял осушитель, он же – единственный источник питьевой воды. Первый день вода текла тоненьким ручейком, а на второй вообще иссякла. Роб разобрал и снова собрал прибор, обнаружив, что не работает компрессор: расшаталась ось турбинного насоса. Он закрепил ее щедрой каплей эпоксидного клея. Когда штуковина начала выдавать уверенную струю пресной воды и поток теплого воздуха, Роб почувствовал законную гордость. Выживание людей как вида на Ильматар зависело от него, Роберта Фримана.
– У нас снова есть вода! – объявил он Осипу, когда тот пролез через люк и отстегнул застежки шлема.
– Блестяще, – буркнул лейтенант. – На «Мишке» осталась всего одна бутылка. Шолены сегодня зашевелились. По звуку, похоже, тренируются.
– Для чего?
– Хотел бы я знать…
Алисия вскарабкалась внутрь полтора часа спустя.
– У нас есть вода, – обрадовал ее Роб, протягивая чашку чая из пакетика.
– А, наконец-то тепло! Я, кажется, нашла кладку какого-то крупного животного. Полдюжины яиц, по литру каждое. Хочу настроить камеру, чтобы можно было понаблюдать за их развитием. Может, увидим, как вылупляются!
– Это хорошо. Я уже сказал, что мы не умрем от жажды, потому что я починил осушитель?
– Ну да, – отмахнулась она. – А когда воды будет достаточно, чтобы помыться?
– Милая моя, я творю чудеса каждый день, но это не в моих силах. Ты сможешь принять душ, когда нас сцапают или когда с Земли прибудет спасательный корабль. До тех пор у тебя есть по две антибактериальные салфетки на день. Расходуй с умом!
Алисия пожала плечами:
