И тут случилось что-то непонятное, и для эльфов, и для Яра, и для самого леса. Эта земля, этот воздух, это место словно очнулись от долгого затянувшего на тысячелетия морока, и он вспомнил что-то древнее волшебное, давно забытое.
Лес прямо на глазах менялся: как живые анаконды сплетались огромные корни, расцветали тысячи каких-то светящих неописуемой красоты растений, цветов, в воздух взлетали мириады разноцветных светящихся жучков, бабочек, стрекоз, на Пулковских высотах вставал стеной настоящий, таинственный, опасный для чужака волшебный лес.
К такому невозможно быть готовым. Когда он оторвался от злотого ясеня и увидел это, пришлось проморгаться и облокотится на огромный корень, на метр вырвавшийся из земли.
– Н-н-да-а-а!
Яр глядел и глядел, и не мог отвести взгляда от этого волшебного перформанса, даже моргнуть не смел, оставалось только плоско шутить, чтоб хоть как-то встряхнуть себя.
– Эй-эй, куда ты?! Ну и ладно, тогда прощай мой рассудок, а ведь я даже не курил, – вполголоса проговорил ошалевший Ярослав, потирая лоб, будто это могло как-то помочь. Наверное, впервые ему хотелось сразу и плакать, и смеяться – странная, щемящая раздвоенность. Время для него словно потерялось.
Он бы до самого вечера безотрывно мог сидеть и любоваться на это чудо чудное – сказочную пущу. Если бы не этот въедливый раздражитель: постоянно щелкающий обратный отсчет. И вместе с ним еще другой звук: нечто шелестящее, звеняще прерывистое, – будто кто-то пытался что-то передать сквозь страшные помехи в эфире. Яр пару раз тряхнул головой.
Заминка помогла – звон пропал, – и он, наконец, оторвался от этого волшебного наваждения, и от избытка накопленного восхищения с силой хлопнул ладонью по корню:
– Вот это мы замутили, правда, лес? Теперь с полной определенностью можно переименовывать клан в «Безбашенные Полуночники». – Яр посмотрел вверх и, оказалось, что ему еще было чему удивляться.
Ставшие огромными, мэллорны своими стволами утащили на верхотуру здание Обсерватории, похоже, к большой радости стрижей: их восторженные трели звучали повсюду. А само старинное: здание Обсерватории превратилось во что-то крайне феерическое.
– О-о-у, у меня, как и положено, теперь есть своя башня волшебника, – как-то даже жалобно потянул Ярослав, задрав голову. Ему очень хотелось туда попасть и посмотреть, но что-то не давало. Появилась едва ощутимая тревожность, и снова этот едва различимый звенящий шум в ушах. Пришлось повторить тряску головой – отпустило. При этом подумалось: «Может, нужно идти дальше, время не ждет и так беспокоит меня».
– И то верно, у нас серьезное дело, а я тут забавляюсь. Нужно обязательно до темноты освободить ребят из мясного цеха и найти в Аэропорту фото Ричмонд-парка в Лондоне, там точно есть.
«Стрижи», – призвал Ярослав, и тут же над ним возник уже виденный сегодня Торнадо из острокрылых, а на плече уселась парочка. Яр не удержался – погладил розовых. – Мне нужно изображение вот этого, как оно выглядит сейчас, – и он послал из памяти вид с Пулковских высот на Аэропорт. От стаи тотчас отделилось несколько быстрокрылых и унеслось в нужном направлении.
«Хорошо, с этим все ясно, теперь тени».
Яру стоило только глянуть на Эльси, как они тут как тут застыли в низком поклоне.
– Повелитель? – Было заметно, что они многое хотят сказать, но боятся.
«Все потом-потом, главное сейчас – осуществить задуманное», – подбодрил себя Ярослав
– Смотрите, – сказал Ярослав и быстро воспроизвел в воздухе на уровне коленей схему аэропорта Пулково, благо она у него была еще с тех времен, когда они сожгли лагерь принцессы темных эльфов. Яр улыбкой рассматривал свое художество: «Как же это у меня тогда так топорно получалось? Нет, не пойдет, – и он уничтожил эту схему. – Легче новую создать, чем эту исправлять». Тени поглядывали на него, не понимая, что молчит тотхен. Яр решил, что пока тянется ожидание, пусть криво, но нужно начинать.
– Леил, Ую, через час у нас бой, а ночью предстоит полномасштабная операция, пусть тысяча лучших сейчас же готовится и отдыхает. И еще присваиваю этому подразделению название «Неприкасаемые». Хочу видеть здесь и сейчас всех сотников этой элитной тысячи.
– У нас нет такого, Повелитель, – едва не заикаясь, ответила Ую.
– Назначить достойных, и жду вас здесь, времени вам десять минут. И знайте, вы мои заместители: правая и левая рука. Леил, ты командующий, Ую у нас начальник разведки и диверсий. Выполнять! – по-военному рявкнул Ярослав. Тени словно растворились.
«Ну, вот и закрутилось»
Тут он словно бы услышал коллективный голос стрижей.
«Главарь, под нами гладь каменная, передаем!»
