После того, как провела несколько часов в центре, Сидни знала, что должна возвращаться в участок... к Кейду. На улице все еще было светло. Интересно, где он спал? И спал ли он вообще? Выходил ли днем на улицу? Она знала гораздо больше об оборотнях, как хорошего, так и плохого, чем о вампирах. Сидни был известен тот факт, что они пили кровь, но кроме этого она старалась не общаться с ними, чтобы узнать более подробные детали о них и их привычках. У нее было сильно развито чувство самосохранения.
Как только она пристегнула ремень безопасности, завибрировал ее телефон – пришла смс из участка.
Девушка была найдена на аллее Эльфрета в Старом городе. Когда-то Бенджамин Франклин ходил по этим улицам. Американские отцы-основатели собрались в этом месте, создав документ, зародивший основы американской демократии. Все здесь дышало историей: мощеные улочки, зал Независимости, дом Бетси Росс.
Аллея Эльфрета – историческое место, названное в честь кузнеца восемнадцатого столетия. Вдоль мощеных аллей выстроились в ряд отреставрированные дома, с гордостью демонстрируя принадлежность к восемнадцатому столетию. Правда, остались, в основном, дома простых работяг. Прошлое страны, и, к сожалению, теперь настоящее, лежало поперек камней, портя историческое место.
Место преступления уже оцепили. Сидни прошла под лентой и приблизилась к телу. Она знала, что должна позвонить Кейду, но полагала, что кто-то в его команде даст ему знать. После прошлой ночи она боялась реакции своего тела на его голос, даже звучащий из динамика телефона. В конечном счете, ей придется увидеть его, услышать этот голос, вдохнуть его восхитительный мужской аромат. Он будет недоволен, что она не стала его дожидаться. Но Сидни полагала, что примет меры и позже извинится.
Девушка наклонилась, чтобы лучше рассмотреть тело, очередную «мертвую куклу». На этот раз брюнетка, но у нее почти такая же белоснежная фарфоровая кожа. Она, в отличие от предыдущей жертвы, еще не начала разлагаться от долгого нахождения в воде. Наоборот, она выглядела так, будто ее аккуратно положили на улице всего несколько часов назад. Казалось, она просто спит. Она была так же молода, как другая девочка. Ей было не больше двадцати, но одета она по-другому: длинное зеленое бархатное платье, без обуви. Как и в прошлый раз, веки закрыты и сшиты нитью. Кто-то позаботился наложить на ее лицо макияж. Она выглядела, как коллекционная кукла, которую вы могли бы купить в телемагазине. Платье с глубоким вырезом плотно прилегало к телу. Сидни надела латексные перчатки и протянула руку, чтобы немного сдвинуть его. Еще одна тату.
Татуировка была достаточно маленькой, украшая верх груди девушки. Выглядела как крест, но с большой окружностью на верхушке.
– Дженнингс мертв, – проговорила Сидни, поднявшись на ноги. – Или он сделал это до своей смерти, или же есть кто-то другой, кто делает татуировки. И что это? Это точно крест. Я где-то уже его видела.
Она покачала головой, поражаясь бессмысленной гибели людей.
– Это Анк. Древний египетский символ вечной жизни, – Сидни обернулась, пораженная бархатной лаской голоса Кейда. Но его тон не был теплым. Нет, он был зол на нее, по-видимому, из-за того, что она не позвонила.
– Что-то забыла здесь, Сидни? Ты же знаешь, я не буду упоминать о наказания за твое постоянное игнорирование моих распоряжений, – Кейд был зол. Что, черт возьми, она не поняла в их разговоре? Они должны были работать над этим делом вместе. Неужели она не понимает, что существует опасность, находится здесь, она может быть убита в мгновение ока?! Кейд знал, что опасность была действительно очень серьезной, и имя ей была... Симона.
После того, как Сидни покинула клуб, Кейд разговаривал с Тристаном о находке Люки: браслете с «ее» запахом. Она вернулась, «Симона». Впервые Кейд встретил Симону в тысяча восемьсот двадцать втором году в Новом Орлеане. Он нашел ее избитой и голодающей в переулке. Недавно превращенная, она выглядела, как неоперившийся птенец. Не желая наблюдать за ее убийствами или за ее смертью, он взял девушку под свою опеку и научил, как питаться от людей, не убивая их. Наряду с несколькими другими молодыми вампирами, включая Люку, Симона жила с ним в его безопасной усадьбе, которую он построил в черте города. Несмотря на оскорбления, перенесенные ею за эти годы, она доверилась Кейду.
