– Что ты имеешь ввиду, говоря наш дом? Это квартира Тристана. Он позволил мне здесь остановиться. Тристан рассказал тебе, что я здесь? – спросила она.
Обернув руку вокруг ее талии, Кейд притянул ее ближе, прижимая к себе.
От его требовательных прикосновений, Сидни почувствовала электрические разряды по всему телу. Казалось, будто каждая чувственная клеточка ее тела проснулась, готовая поиграть с ним. Она задрожала под его пальцами.
Улыбнувшись на ее реакцию, Кейд продолжил излагать свою точку зрения.
– Я сказал именно то, что имел ввиду Сидни. Это наш дом. Я купил его прошлой ночью, когда ты хитро уехала из Нового Орлеана. – Он развернул ее так, чтобы они были на одном уровне, бедро к бедру, а губы в нескольких дюймах друг от друга.
Она не пыталась отодвинуться от него, позволяя Кейду удерживать себя в крепких, теплых, мускулистых руках.
Взгляд его голубых глаз пронзил ее душу, когда губы сжались в тонкую линию.
– Видишь ли Сидни; ты, кажется, не совсем поняла, что я имел ввиду, говоря, что ты – моя. Я думал, что мы обо всем договорились в моем офисе в один прекрасный день, но кажется, тебе нужен еще один урок.
Вот дерьмо. Во всем виновна. Окей, поехали. Она знала, что это не пройдет так легко. Он в бешенстве.
– Кейд, я... я... я, – пролепетала она, слова застряли в горле.
Он приложил свой палец к ее губам, заставляя проглотить отговорки.
– Не говори ни слова, ни одного слова. Теперь моя очередь говорить, твоя очередь слушать, – это не хорошо. – Я хочу разъяснить все понятно... и ясно... чтобы ты снова не поняла меня неправильно, Сидни. Ты – моя, а я – твой. Мы связаны. Я люблю тебя, Сидни не только в эту минуту, и не только сегодня, не только в этом году, я буду любить тебя вечно. Это означает, что в следующий раз, когда ты будешь чем-то расстроена или в замешательстве, ты не сбегаешь от меня. Никогда не делай этого, понимаешь? Мы... живём вместе с этого момента. Ты полагаешься на меня. Ты делишься всем со мной. Мы вместе, больше никто не двигается самостоятельно. Вместе и навсегда мы будем познавать этот мир. Теперь, прежде чем ты что-нибудь скажешь или даже попытаешься протестовать, я скажу, что сделал. Так как ты оставила меня в Новом Орлеане... вместо того, чтобы вместе найти ответы на вопросы о наших отношениях, я взял это на себя.
Что за черт? Нет, он только что этого не говорил.
– Но, Кейд, – Сидни все еще протестовала, пытаясь взять под контроль ситуацию. Так как она, на данный момент, терпела неудачу.
Кейд притянул ее ближе, заставляя проглотить протест, вжимая твердость своей мужественности в ее живот. Он придвинулся ближе, почти касаясь ее губ.
– Шшшш. Женщина, у тебя действительно проблемы со слухом, да?
Небольшой смешок сорвался с губ Сидни, выпуская нервозность. Что он сделал? Какое принял решение?
Доминируя над ней, он бедром раздвинул ей ноги. Желая взять ее прямо здесь и трахать до потери сознания, но сначала ему нужно, чтобы она приняла их совместное будущее.
– Во-первых, твоя карьера. Я никогда бы не попросил отказаться от нее. Ты много работала, чтобы заслужить свою должность, и я поддержу тебя, чтобы ты не решила. Однако, я не допущу, чтобы ты сдуру бросалась на сверхъестественные случаи.....по крайней мере без меня. Я взял на себя смелость поговорить с властями, и твой департамент полиции любезно согласился одолжить мои силы безопасности в качестве консультанта всякий раз, когда я посчитаю нужным. Поэтому, ты можешь работать здесь, в Филадельфии, сколько пожелаешь, а после мы сможем вернуться в Новый Орлеан и работать там какое-то время, на который ты пожелаешь остаться. Твой город недалеко от Нью-Йорка, и я часто бываю там по рабочим делам, поэтому это расположение, выгодно для меня. Мы будем жить в обоих местах.
Сидни хотела его прервать, но вместо этого пожевала губу.
Предчувствуя её неизбежную попытку прервать, Кейд поднял бровь, в предупреждающем жесте, чтобы Сид следовала ранее произнесенной им просьбе дослушать до конца.
– Во-вторых, тебе стоит выпить немного моей крови… главное почаще и тогда ты не будешь ни стареть не болеть. Это позволит нам быть вместе вечность. Я совершенно уверен, что сделаю все ради твоей безопасности в связи с характером твоей работы. А вот о человеческих болезнях я беспокоиться не буду. Кроме того, я буду кормиться от тебя, по мере возможности, так как мне не нужна другая женщину для своего существования. Я совершенно уверен, что с этим ты согласишься, учитывая эротично-интимный характер кормления, ты не захочешь видеть меня с другой.
Кейд замолчал, упиваясь тишиной ночи.
Суть его аргументов упиралась в третий пункт. Он вздохнул, надеясь, что произнесет правильные слова, таким образом, она, наконец, поймет, что для него значит.
