И, если бы это было написано один раз. Эта мысль, так или иначе, выражена три раза. Второй раз он пишет об этом, поясняя, когда на Земле изменилась научная парадигма. В романе «Таис Афинская» Ефремов называет точный срок смены научной парадигмы. Земля примет научную парадигму, разработанную тайным обществом орфиков через двадцать шесть веков, то есть в двадцать первом веке, после Второй Великой Революции. Изменение парадигмы по Ефремову будет фундаментальным, она примет в качестве научного метода познания интроспективный метод Востока, причём диалектически — на равных с современным аналитическим методом, кроме того, она, похоже, научно докажет реинкарнацию. Изменение парадигмы обогатит и разовьёт человеческий разум. Эта мысль выражена им в авторском тексте, предшествующем старту «Тёмного Пламени»: «Человеческий разум, как ни обогатился и ни развился за последние три тысячи лет, всё ещё воспринимал некоторые явления лишь с одной внешней их стороны и отказывался верить, что это неуклюжее сооружение способно почти мгновенно проткнуть пространство, вместо того чтобы покорно крутиться в нём, как и лучи света, в продолжение тысяч лет по разрешённым каналам его сложной структуры».
Третье упоминание. Земля вступила в Великое Кольцо за четыреста восемь лет до «Часа Быка». Тем не менее главная героиня романа «Фай Родис рассказывала тормансианину о Великом Кольце, которое помогало земному человечеству уже около полутора тысяч лет, поддерживая веру в могущество разума и радость жизни, раскрывая необъятность космоса, избавляя от слепых поисков и тупиков на пути».
Можно ли поверить, что такая «гора ляпов» у настолько ответственного писателя случайна? Тем более что все они подчинены одному намёку: действие «Часа Быка» отстоит от нашего времени на три тысячи лет.
Мне после публикации этих данных в специальной статье приходилось слышать мнение, что ошибки всё же случайны. Иван Антонович начал работу над «Часом Быка» почти одновременно с работой над «Туманностью Андромеды» и в её ходе тяжело заболел. В силу этого он просто не вычитал ошибки, и в «Часе Быка» проскакивает старая хронология. Мне это мнение представляется несостоятельным по трём причинам:
1. Ни над одним произведением Иван Антонович не работал так долго, как над «Часом Быка». Изначально оно задумывалось как небольшая повесть «Долгая заря» и только после многих лет превратилось в роман. Не вычитать ошибки было невозможно.
2. Эти ошибки тщательно замаскированы. Их в течение сорока лет не смог обнаружить ни один ефремовед. И обнаружить их сложно, нужно тщательно, в комплексе, проработать всё творчество Ефремова.
3. Если бы проскакивала старая хронология, то в «Часе Быка» была бы потерянная тысяча лет. Но она не потерянная, а ДОБАВЛЕННАЯ. На три тысячи лет отстоят от нас не события, описанные в «Туманности Андромеды» и «Часе Быка», а действие «Часа Быка» происходит через тысячу лет после действия «Туманности Андромеды».
Возникает вопрос: зачем это понадобилось?!
В «Часе Быка» есть интересный разговор между командиром звездолёта «Тёмное Пламя» Грифом Рифтом и инженером вычислительных установок звездолёта Соль Саином. Суть разговора: командир звездолёта считает, что Соль Саин должен изготовить и передать создаваемому землянами на Тормансе антифашистскому подполью неизвестное на этой планете высокотехнологическое оружие. А Соль Саин сомневается.