Темное сердце полностью

Он цитировал Гамлета, когда тот оправлялся на поиски своего вероломного дяди.

Потрясенная на секунду, я не могла не ответить, продолжая стих.

— «Когда кладбище открывает зев и самый ад дыханием своим Мир заражает».

Он резко остановился, как и я, с цепью в руках. Двигаясь передо мной, Доммиэль провел большим пальцем вдоль моего подбородка и вниз по шее, по цепочке, обернутой его собственной сущностью, погружая большой палец в ложбинку между ключицами.

— «Мог бы я сейчас напиться теплой крови…»

Стих был о кровавой мести и смерти. И все же он произнес эти слова так, что мой пульс забился сильнее, а кровь начала быстрее течь по венам от дикого желания. Внезапный трепет поселился в моем животе, и жар разлился еще ниже.

Его голос был извилистым живым существом, проникающим под мою кожу, через плоть и до мозга костей. Его клыки удлинились, а глаза засияли темно-рубиновым светом. Со словами, которые он произнес, и диким голодом на его прекрасном, но демоническом лице, я должна была готовиться к битве… или к смерти. Но все, чего я хотела, это чтобы он придвинулся ближе, прикоснулся ко мне, как в Венеции. Чтобы показать мне, какие удовольствия может доставить такой демон, как он.

— Осторожнее, ангел, — тихо и хрипло прошептал он. — Глядя на меня так, ты только навлечешь на себя опасность.

Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но его большой палец скользнул по моей нижней губе, затем ниже, в углубление прямо под ней, рычание вибрировало в его груди.

— Нет нужды говорить об этом сейчас. У нас есть работа.

Я промолчала. Я могла бы прожить свою жизнь по определенному вероучению, твердо придерживаясь своей добродетели, но это не означало, что я не замечала мужчин раньше. Не оценивала мужскую красоту и не чувствовала даже искорки влечения. Конечно, я чувствовала. Но это… это было совсем другое. Это грозило искалечить меня, лишить здравого смысла. Должно быть, это сущность принца прокладывает себе путь глубже. Напоминая мне о причине, по которой я должна была найти Уриэля, как можно скорее.

Мы снова двинулись в путь.

Открыв незащищенную дверь, он сказал:

— Там будут защитные барьеры, которые не позволят никому проникнуть внутрь или выйти. Аксель предпочитает хардкорных подопечных фуриям для охраны.

Он взял меня за руку, чтобы провести через порог демонической силы — требование для небесного воинства перейти в демоническую плоскость, и наоборот. В ту же секунду, как я пересекла невидимый барьер, я вскрикнула, когда жало пронзило мою шею в том месте, где меня укусил принц демонов.

— Аня?

Доммиэль оторвал мои пальцы от того места, где я прикрывала пятно.

— Цепь ущипнула тебя?

Я не могла сказать правды, хотя ложь была для меня невозможна.

Я просто кивнула. Он провел большим пальцем по этому месту.

— Не выглядит красным. — Его оценивающий взгляд стал слишком пристальным. — Ты уверена, что это все?

— Доммиэль? — раздался хрипловато-сладкий голос красивой блондинки, приближающейся сзади.

Когда он обернулся, ее демонически-красные глаза загорелись радостью.

— Мастер!

Девушка была одета в черное латексное мини-платье, которое открывало гораздо больше, чем скрывало, ее большая грудь подпрыгнула, когда она бросилась на красных шпильках через фойе в его объятия.

— О, господин, — промурлыкала она, запустив свои огненно-красные ногти в его волосы. — Где вы были? Когда вы отрастили волосы? Вы выглядите таким… диким.

Она хихикнула, затаив дыхание от восхищения, казалось, находя его внешность резкой, но соблазнительной. Интересно, как он выглядит в роли хозяина собственного логова в Новом Орлеане?

— Привет, Черри. Ты скучала по мне?

Она застонала, когда ее лакированные ногти скользнули вниз по его кожаной куртке, ее рука сжала его промежность.

— О Боже, как же я скучала по тебе, — она провела ладонью по выпуклости за швом его джинсов. — Всему тебе, — хрипло выдохнула она.

Домиэль усмехнулся, как будто женщины каждый день хватали его и щупали за промежность. Насколько я знала, то у него так и было. С чем я едва могла справиться, так это с темной яростью, скакавшей по моему позвоночнику, когда она прижималась к нему своим фигуристым телом, прикасаясь к нему с такой свободой.

До сих пор он вообще к ней не прикасался. Он схватил ее за горло своей механической рукой, так нежно, что ее глаза расширились от экстаза.

— Ты далеко от Нового Орлеана, — в его гортанном заявлении слышалось обвинение.

Ее рука на его промежности соскользнула обратно к груди.

— Когда вы ушли, нам всем пришлось уйти, господин. Сейчас никто не управляет Новым Орлеаном, и мир там превратился в сумасшедший дом. Мне нужно было куда-то уйти.

— Значит, ты пришла к Акселю за защитой.

Ее длинные ресницы опустились в молчаливом согласии.

— Мне очень жаль, господин.

Он ослабил хватку на ее горле и металлическим пальцем приподнял ее подбородок, пока она не посмотрела на него.

— Я не виню тебя. Я рад, что у тебя было более мягкое место для падения, чем у меня.

Она вцепилась в лацканы его пиджака.