— Конечно, — ответила она, улыбаясь. — Я носила ее не снимая, когда была подростком. Твоя бабушка умоляла меня надеть платье… — она запнулась, мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.
— Я знаю, — сказала мама с хитрецой, — когда-то я была такой же, как ты.
— Давай, — сказала она, когда я стояла полуголая в ее спальне. Она взяла у меня платье и присела на корточки так, чтобы я смогла надеть его через ноги. — Натягивай его аккуратно.
Я сделала, как было сказано, продевая руки в нежные рукава. Мама застегнула платье на спине. Я втянула живот, уверенная в том, что такая утонченная и миниатюрная вещь будет мне слишком мала, но когда мама отступила на несколько шагов, я поняла, что платье село идеально. Я взглянула вниз и увидела, как блестящий сатин переливается разными оттенками, комфортно облегая талию и бедра. Платье подошло по размеру в груди, и ее объем придал платью изящества. Линия горловины начиналась на одном плече и заканчивалась на другом, слегка заглубляясь посредине.
Мама еще повозилась с чем-то на спине, а потом положила руки мне на плечи, подталкивая меня к зеркалу.
— Смотри. — повелела она и я подняла голову, чтобы изучить свое отражение. То, что я увидела, заставило меня открыть рот от изумления.
— Боже, — сказала я, — я сама на себя не похожа.
Ничего не закрывало шею и плечи, лишь волосы крупными черными кудрями струились по моей бледной, но надо признать, безупречной коже.
— У тебя идеальные пропорции, — сказала она, немного поправляя горловину. — Моя красавица.
— Не такая уж и красавица, — ответила я неловко, хотя было сложно сдержать восхищение, пока я любовалась своим отражением в зеркале. — Но я могла бы начистить перышки.
Я увидела, как мама закатывает глаза позади меня. — Надо чтобы твой молодой человек пригласил тебя куда-нибудь, где ты бы блеснула в этом платье.
Я снова посмотрела на свое отражение и улыбнулась. — Я уверена, скоро что-нибудь наметится.
— Я его почищу, — сказала мама, отряхивая ткань. — Я только надеюсь, что ты не вырастешь из него до того, как представится возможность надеть его.
Внезапно, я почувствовала волнение представив, как я появляюсь в этом прекрасном платье на Большом Балу. Оно преобразило меня, даже я не могла отрицать этого.
Днем я снова вытащила дневник, отыскала нужную страницу, забралась на кровать и легла на живот. Середина книги содержала больше рисунков. Она делала наброски интерьера дома. Длинные витиеватые светильники, мужчина и женщина одетые в нечто похожее на банные халаты. Пол в комнате был выстлан черной и белой плиткой. На столе стояли бокалы и большой графин или ваза. Девочка лежала свернувшись калачиком на тахте, у нее были длинные волосы. Ее одежду сложно описать, но на ней была рубашка и брюки.
Я перелистнула несколько страниц и нашла короткую запись.
Ужасно холодно. Здесь всегда так холодно. Мама говорит, что мы собираемся переезжать. Теперь, когда ей стало лучше, она хочет жить в тепле. Мне все равно. Меня больше ничего не интересует. Ты ушел. И мой выбор теперь абсолютно очевиден.
Я нахмурилась. Лука сказал, что хэппи энда не будет. Ничто не мешало прочесть этот дневник до конца, но я не хотела. Каким-то странным образом, мне было необходимо смаковать каждую запись. Так, я чувствовала себя ближе к Луке. У меня было чувство, что если я дочитаю ее до конца, то и его образ может исчезнуть внутри меня.
Я встала с кровати и снова засунула дневник в шкаф, на полку с нижним бельем, туда, где его точно никто не найдет и потом выглянула в окно.
Деревья стали уже зеленее. Весна была на подходе.
Я обернулась, чтобы увидеть полосатую тельняшку сверху на моем стуле. Я надела её на свою футболку и быстро осмотрела себя в зеркале. Она была милой, и пахла моей мамой.
Чувствуя себя в отличном расположении духа, я решила, что возьму Бобби на прогулку в город.
На первом этаже, я пролистала свою адресную книгу, чтобы найти номер Эвана, и после набора номера я ждала, возбужденная от мысли о спонтанной встрече.
— Алло! — знакомый женский голос на другом конце провода ошарашил меня настолько, что на мгновение я потеряла дар речи.
— Говорите? — тон Сары снова стал медлительным и надменным. — Я вас слушаю!
Я прочистила горло. — Ум…Это Джейн.
— О, привет! — вот так просто раздражительность сменилась на нечто более сахарно-слащавое. — Как дела, Джейн?
— Отлично, — я помедлила. Мне нечего ей было сказать. — Эван дома?
— Подожди минутку, детка, я пойду поищу его.
Детка?
Тяжелые шаги стали громче и я услышала его дыхание и постаралась выровнять свое, поскольку оно выбилось из нормы.
— Привет, Джейн, я только собирался тебе позвонить, — сказал Эван. — Ты вчера так быстро ушла, что у меня не было возможности составить с тобой какие-нибудь планы.
— Ох, — выдохнула я застенчиво, но довольно. — Не сказать чтобы я особенно быстро ушла.
Он засмеялся настолько мило и очаровательно, что внутри меня все перевернулось. — Хорошо. Хочешь встретиться?
— Я думала выгулять собаку. Может прогуляемся вместе?
— Хочешь, чтобы я взобрался на холм?