— С ним все хорошо, он спит, — успокаивал их Эйдан. Сейчас его главной заботой была Александрия. — Мы уложим его в кровать, а затем разбудим. Скажем ему, что это было похищение с целью шантажа, попыткой вымогательства денег. Он примет это объяснение и поймет наличие охраны, когда это будет необходимо.
Стефан отнес Джошуа в комнату. Мэри переодела его в пижаму и приложила холодное полотенце к черному глазу. Александрия присела на кровать рядом с Джошуа. Эйдан встал рядом с ней на колени, одна его рука была на ее талии.
— Джошуа, сейчас ты проснешься. Александрии нужно увидеть твои голубые глазки, — прошептал он мягко. В его голосе было принуждение, которое проникало в мозг мальчика и призывало его обратно в их мир.
Джошуа тяжело просыпался, борясь и брыкаясь, пробуя освободиться. Эйдан успокоил мальчика и прикрыл Александрию своим телом, несмотря на все ее усилия добраться до мальчика.
— Послушай меня, Джошуа. Ты дома. С нами. Ты в безопасности. Ты больше не у похитителей. Я хочу, чтобы ты успокоился и не делал больно Мэри или своей сестре. — Его голос был безмятежным и красивым, как и всегда, заставляя мальчика прекратить борьбу, осторожно открыть глаза и посмотреть на них. Когда он увидел Александрию, то расплакался.
Она была в объятьях Эйдана, но сейчас освободилась и сама обняла Джошуа.
— Ты в безопасности, мой хороший. Никто не сделает тебе больно.
— Были собаки, большие собаки. Там везде была кровь. Винния укусили. Я видел.
— Винний храбро пытался спасти тебя от похитителей, — Александрия, успокаивая его, гладила белокурые локоны на лбу. — Он лежит в больнице, но он жив и с ним все будет хорошо, также как и с Руфусом. Через несколько дней мы отведем тебя к ним, чтобы ты увидел их. Еще мы должны сказать о том, что кто-то пытался похитить тебя. — Она аккуратно прикоснулась кончиком пальца к его глазу. — Извини, что я не поделилась этим секретом с тобой. Ты уже достаточно взрослый, чтобы это знать.
— Это то, почему ты боялась жить здесь?
— Частично. Эйдан очень богатый человек. Поскольку он любит тебя, нас обоих, то мы всегда будем рисковать. Иногда у нас будет охрана. Ты понимаешь то, что я пытаюсь тебе сказать, Джошуа? Это моя ошибка… Я не заставила тебя понять всю серьезность ситуации, в которой мы оказались.
— Не плачь, Алекс. — Вдруг Джошуа спросил совсем взрослым голосом: — Это Эйдан пришел и спас меня?
Она кивнула.
— Это был он. Никто не сможет забрать тебя у нас. Никогда.
— В следующий раз, когда Мэри и Стефан скажут мне не выходить из дома, то чтобы ни случилось, я так и сделаю, — сказал Джошуа. Он смотрел на Александрию озабоченным взглядом. — Что случилось с тобой? Ты такая бледная…
— Просто она очень сильно испугалась за тебя, Джошуа, — сообщил Эйдан. — Мэри и Стефан присмотрят за тобой, пока я уложу Александрию в кровать. Ей нужно отдохнуть. И не волнуйся о Бароне. Стефан позаботился о нем для тебя. Твой щенок может остаться с тобой, пока я укладываю Александрию.
Александрия покачала головой.
— Я не собираюсь оставлять его ни на минуту. Я останусь здесь, пока он не заснет.
— Нет, не останешься,
— Так и есть, Эйдан, — сказал Джошуа, как мужчина мужчине. — Лежать в кровати ей необходимо больше, чем мне.
Эйдан усмехнулся ему и забрал Алекс из комнаты, не обращая внимания на препирательство.
— Он прав, и ты это знаешь, — говорил он ей в шею. — Тебе нужно в кровать. Мою кровать. — Его дыхание было теплым дразнящим приглашением, с которым она не нашла сил бороться.
— Я думаю, что ты ненасытный, — обвинила она его, но ее руки уже поднимались к его шее, а тело расслаблялось рядом с его.
— Там, где дело касается тебя, это верно, — Эйдан был согласен. Он быстро продвигался через дом к туннелю, а его тело уже напряглось в предвкушении.
Ее руки проскользнули внутрь рубашки, лаская его грудь. Ее рот ласкал его шею, спускаясь ниже к груди; ее язык странствовал, лаская и воздавая дань его храбрости.
Очутившись в их комнате, Эйдан положил ее на кровать, а сам, пристально смотря на нее, начал расстегивать свою рубашку.
Александрия скинула свитер и откинула его в сторону.
Он наклонился, обхватывая ее за ребра, поднимая в свои объятья и изгибая так, чтобы его губы могли воспользоваться приглашением, которое делало ее тело. Она пахла свежестью, а кожа была подобна атласу. Его тело сразу ответило на это. Сильно. Требовательно. Ее руки нащупали кнопку на его брюках, потом молнию, а затем стали стаскивать ткань с бедер.
Эйдан простонал, когда она, лаская, обхватила его руками. Его руки были более грубыми, и он, попросту, разорвал ее одежду, желая, чтобы ее кожа как можно быстрее соприкоснулась с его.
— Ты делаешь меня ненормальным,
Ее голова была низко склонена и путешествовала по его груди, ища пульс.
