Майкл задумался: ну кое-что он сможет, например, яйца сварить, о чем и поведал.
— Слушай, — Шейла яростно взглянула на него, — у нас нет яиц, у нас есть лепешки, которые дал Тлут и несколько готовых упаковок с едой. Нам даже воду не в чем вскипятить. Не тупи!
— А ты не психуй! — отрезал Майкл. — Зачем тогда дежурство по кухне? Не проще всем набрать хворост для костра, а потом каждый разогреет себе еду.
— Но так будет не всегда, — заметил Летц, — когда-нибудь мы раздобудем продукты.
— Вот тогда и решим, — ответил Майкл. — И хватит на меня злиться!
Его задевало, что Летц уступает Шейле, будто она самая главная. Не, Шейла нормальная девчонка и здорово помогла им, но это не дает ей право решать за других. Шейла стукнула кулаком по земле:
— Просто меня все это бесит! И то что ты перетер обо всем с этим Хранителем за нашими с Летцем спинами. Мог бы предупредить!
— Меня тоже бесит, — согласился Майкл. — И я считал, что мы справимся без Хранителя пути.
— А потом он нас изящно подставил, — Шейла уставилась на него. — Скажешь, нет?!
Майкл не успел ничего сказать, как Шейла нахмурилась и стала что-то искать в мешке.
— О нет! — простонала она. — Какой на фиг костер?! У нас ни спичек, ни зажигалки. И мы даже не сообразили купить их у мохноногого хозяина.
— Зато у нас есть веревка, — сказал Летц.
— Чтобы повеситься на ней? — Шейла покачала головой. — Я в жизни так не тормозила, как сейчас.
— Веревка, нож, шокер и запас еды, — продолжил Летц. — На первое время достаточно.
Майкл успокоился: Летц говорит дело. Пока голодная смерть им не грозит, а там видно будет.
— В общем, предлагаю идти дальше, — подытожил Летц, — пока светло. А потом найдем место для ночлега и ужина.
Возражать никто не стал.
Часов ни у кого не было; насчет того, какой сегодня день, Майкл сбился еще раньше. По его подсчетам должен был быть конец июня, но Летц считал, что уже июль, а Шейла настаивала на конце мая. В принципе, Майклу было без особой разницы — лишь бы тепло и без дождя, но сам факт настораживал: значит, время не синхронно в мирах Темногорья.
Лес постепенно редел, тропка расширилась и походила теперь на торговый тракт, по которому ежедневно колесят повозки. Правда, ни телег, ни людей видно не было. Но появилась надежда, что путники дойдут до какого-нибудь поселения и купят необходимые вещи. Майкл невольно прибавил шаг: если повезет, есть шанс переночевать под крышей, а не под открытым небом.
Ребята из старой школы ходили в походы, но Майкл всегда отказывался — дома лучше. В лесу комары, стертые до крови ноги, туалет за кустом, а в квартире все блага цивилизации: телевизор и интернет. А еще холодильник. Сейчас Майкл пожалел, что подобного опыта у него нет — пригодилось бы, но время вспять не отмотаешь.
— Слушайте, — спросила Шейла, — мне мерещится, или впереди что-то маячит?
Майкл пригляделся: редкие деревья мешали, но за ними просматривались цветные пятна. Вроде бы дома. Он невольно рванул, но Летц перехватил его:
— Не спеши, надо решить, как будем действовать.
— В смысле? — не понял Майкл. — Находим магазины и покупаем, все что нужно. А заодно подыскиваем ночлег.
— Кто-то неожиданно для остальных разбогател? — усмехнулась Шейла. — Опомнись, у нас мало денег.
— И что ты предлагаешь?!
— Ничего, я просто к тебе цепляюсь. Меня это все нервирует!
— Нам следует быть осторожными, — Летц перебил назревающую ссору. — Мы не знаем, кто там живет и чего нам ждать.
Шейла достала шокер:
— У Летца нож, но он им махаться не умеет. А ты, Майкл, безоружный. Так что думаю, самый лучший выход для нас — не нарываться на неприятности. А в случае опасности бежать.
Она спрятала шокер в длинном рукаве, Летц переложил нож в карман брюк. Майкл заозирался: может, палку подобрать? Хотя бы ею отобьется. Он поднял валявшийся неподалеку сук и разочарованно отбросил его: глупо. Эту ветку руками сломать можно. На дубинку она явно не тянет. Так ничего не придумав, Майкл отправился за остальными.
Это было небольшое поселение, Майклу оно напомнило поездку в старинный городок на экскурсию: все такое же миленькое и уютное. Одноэтажные домики с черепичной крышей и белыми кружевными занавесками на окнах. На подоконниках — обязательная герань и кошка, где живая, где фарфоровая. Полукруглые деревянные двери, обитые железом, и с ручкой в виде кольца, обязательный палисадник перед домом, где растут розы. И невысокий забор, больше для очерчивания границ, чем для реальной защиты — через него можно перешагнуть.
Основные цвета в городе были светло-серый и белый. Их оттеняли розовый, голубой и сиреневый, что придавало поселению особую нарядность. На улицах не было ни души. Лишь ветер теребил веревки, привязанные к языкам колокольчиков, висящих над дверями, и казалось, те тихо переговариваются между собой.
