Она махнула на меня бумагой, улыбаясь.
- Тогда сломай кварц, малышка, потому что Эд МакМэхон мертв.
Да. Она была права. Вздохнув, я подняла беспроводную трубку и переключилась на режим секретаря.
- Агенство Даркер, чем я могу вам помочь?
- Я бы хотел поговорить с Клер Даркер, пожалуйста.
- Кто ей звонит?
Парень казался молодым, но было трудно сказать по телефону.
- Меня зовут Лукас Скотт. Я заинтересован в наёме Мисс Даркер.
Я опустилась в кресло и съежилась, когда моя задница ударилась о подушку. Блин. Упс.
- Я могу запланировать консультацию для вас. В какой день вам удобно?
- Нужно как можно скорее. Я могу приехать сейчас.
Ничего себе. Настойчивый. Настойчивый означало отчаянный. Отчаянный обычно означало деньги. А деньги это хорошо. Я бросила ручку через всю комнату. Она пролетела в воздухе и ударилась о ногу мамы, прежде чем отпрыгнула на пол и покатилась к мини-холодильнику.
- Консультация сейчас? - сказала я одними губами. Она кивнула и вернулась к файлам. - Как скоро вы будете здесь, Мистер Скотт?
- Сейчас, - прозвучал его голос, когда входная дверь распахнулась, позволив ворваться внутрь холодному октябрьскому воздуху. Этот холодный воздух украл мое дыхание из легких и послал покалывающие мурашки по моей коже.
Или, может быть, это он.
Темные, лохматые волосы, которые, возможно, отчаянно нуждались в стрижке, если бы не были так чертовски хороши для него. Пронзительные прозрачные карие глаза, которые излучали неприятности, а я любила неприятности. Он был одет в кожаную куртку, плотную черную футболку и джинсы, которые были немного мешковаты. О, да. Вид плохого мальчика.
- Святой дом свиней, разрушенный командой синих птичек...
- Простите? - сказал он, когда дверь за ним закрылась. Голова наклонилась в сторону, он смотрел на меня так, как будто у меня было две головы, раздвоенный язык и неоновые шипы, растущие из спины.
Я сглотнула и сжала край стола мамы, молясь Богу, чтобы мои щеки не были пожарной машиной красного цвета.
- Хм, я имею в виду, мы можем вам чем-то помочь?
- Клер Даркер?
- Я, - сказала мама, выступая вперед. Она положила скоросшиватель и протянула руку. - А вы кто?
Он взял ее руку и наградил её тем, что мой папа назвал бы приличным пожатием.
- Лукас Скотт. Я только что говорил с вашей дочерью о консультации.
Дочь, да? Как он сложил два и два вместе? Я изучала маму. Мы были днем и ночью. У неё была светлая кожа, кристально-голубые глаза и белые светлые волосы, а я взяла все от своего отца, оливковая кожа, темные волосы и глаза.
Мама должна была быть подозрительной.
- Кто направил вас к нам, если вы не возражаете, то ответьте?
- Я знаком с вашей семьей.
- Ну, тогда вы должны знать, что мы не берем случаи с несовершеннолетними, - она повернулась и наградила меня я-о-тебе-говорю взглядом. - Никогда.
- Я знаю о вашей политике, Мисс Даркер, и я уверяю вас, что мне восемнадцать.
Она указала на место слева от меня, и он занял его.
- Что такое, что вам нужно от меня, Лукас?
- Мне нужно разыскать кое-кого.
Ба. Пропавший без вести? Это не убедительно. Я взяла ручку.
- Их имена?
- Фамилия семьи Уэллс.
Может ли он быть более неопределенным?
- У вас есть имена?
Он покачал головой.
- Ничего. Этот человек потомок женщины по имени Мередит Уэллс, родившейся в Пенансе в девятнадцатом веке.
Я сделала несколько пометок.
- Еще кое-что. Коробка. Мне нужно найти её.
- Что за коробка? - спросила я, держа конец ручки во рту. Мне нужно было что-то сделать, чтобы перестать пялиться на этого парня, поэтому я начала теребить край адресной книги мамы. - И это ваша коробка? Это как-то относится к семье Уэллс, которую вы ищите?
Он поколебался, потом сказал:
- Это не моя коробка и нет, это не имеет прямого отношения к семье Уэллс.
Не имеет прямого отношения. Хм.
- Вы ведете себя немного неопределенно, - сказала мама, переходя в режим наблюдения.
Тишина.
Мы получали широкий спектр жульничества и фиговых актеров на ежедневной основе, желающих нанять нас, чтобы украсть добычу для них, мы были лучшими, в конце концов, но мама всегда могла видеть насквозь. Я заметила это за время, проведенное с папой. Он не мог быть больше рядом, но он оставил неизгладимое впечатление. Это было отлично для бизнеса, но плохо, если вы были девочкой-подростком, пытающейся проскользнуть мимо родителей.
- Что в коробке? - надавила она.
Нет ответа.
- Мне нужны все факты, если я делаю свою работу, - мама встала и указала на дверь. - Если вы здесь, чтобы тратить мое время, то предлагаю вам уйти.
- Грех, - сказал он после короткой паузы.
Мама и я сказали одновременно:
- Грех?
- Грех. Это то, что было внутри коробки. Семь из них, если быть точным.
- Я не понимаю. Что вы подразумеваете под грехом? - она опустилась в кресло и сосредоточила свое внимание снова.
Как и я.
- Коробка, содержащая семь смертных грехов. Это то, что было украдено.
