В этом был весь отец, и мне всегда будет не хватать его. Как мальчишке, который сопротивлялся местами ограничивающей и строгой любви родителя.
– Спасибо, что был моим отцом.
Очередной удар по лицу вернул меня в реальность, и я сплюнул сгусток крови, наполнивший рот привкусом железа. Крюки, впившиеся в кожу лопаток и рук, держали меня в подвешенном состоянии, словно дикого зверя в клетке. Каждое движение отзывалось мучительной болью.
Это было излюбленное наказание Бернардо за малейшее неповиновение. Впервые он подверг меня этой пытке, когда мне едва исполнилось одиннадцать. Тогда я накормил бездомного пса и по неосторожности пропустил на территорию незваных гостей. С тех пор эта жестокая практика стала частью его изощренной системы воспитания.
– Мне стоило уделить больше внимания твоему воспитанию, – властный голос Бернардо вызывал только волну отвращения.
Открыв глаза, я несколько раз моргнул. Кровь стекала по лицу, капая с подбородка на пол подземного подвала. Мы все еще были в Лас-Вегасе. Когда Витэлия ушла, мы вышли на улицу, и какая-то тварь ударила меня по голове чем-то тяжелым.
Мне действительно интересно найти этого ублюдка и выпустить ему кишки.
– Тебе стоило держать свой член в штанах, – мои колени касались пола, а щиколотки связаны без возможности подняться.
– Выродок! Против кого ты осмелился пойти? – сняв перстень, он дал мне пощечину. – Против меня, твоего благодетеля. Того, кто позволял тебе есть, спать и дышать! Никчемный кусок дерьма, и это все твое наследие в этой жизни! Рензо был гораздо старательнее тебя!
– Рензо хотел другой жизни для Каморры.
Он резко схватил меня за волосы, запрокидывая голову, встретившись взглядами.
– Думаешь, я не заметил? Глупый щенок! Поддавшийся манипуляциям женщины. Посмотри, в кого ты превратился, жалкое зрелище. Ты позоришь мою фамилию.
– Едва ли?
Он взглянул на ребят, сопровождающих его, указывая на то, что мне пора сломать пару ребер. Парни переглянулись, не двинувшись с места.
– Смелее, – предложил я. – Пока вы бьете, я запоминаю ваши лица.
– Хотя знаешь… Эта сука куда безжалостнее, чем казалась на первый взгляд. Наплевав на все правила, предпочла мужа, – Бернардо облегченно вздохнул. – Сколько лет прошло, чтобы добраться до второго Ринальди.
– Поздравляю. Каково это строить империю на заказах тайных обществ?
Я знал обо всех заказах, направленных Бернардо, которые исполнялись не без моего участия. Что касается Ринальди, мне было до омерзения противно наблюдать за братьями, у которых с детства торчала корона в заднице.
Могу ли я винить брата за его мягкость к Кристиано? Который в итоге обманул его, пустив пулю. Я всегда опасался тесной связи с Ндрангетой, на которую тайно работал Бернардо, устраняя целые семьи. Именно по этой причине Альянс Секондельяно не принимает в свои ряды Волларо.
– Должен ли я спрашивать твое мнение? Как это сделал ты, когда скрыл от меня шлюху своего брата и надеялся, что я об этом не узнаю.
Мои мышцы напряглись по всему телу, челюсть до скрежета сжалась. Чертов дьявол. Как он узнал про Грейс?
Бернардо уловил во мне напряжение и рассмеялся.
– Не смей трогать ее!
Было ли то предупреждение?
– Подожди, по дороге сюда я обнаружил еще один секрет.
Грудь вздымалась от переполняющей меня ярости. Дернув корпусом тела в желании сорвать хотя бы один острый крюк.
Отступив в сторону, я увидел, как двое солдат вели Витэлию. Волосы ее спутались, платье местами порвано, но она, не дрогнув, ступала босыми ногами по голому бетону.
Бернардо вцепился пальцами в ее лицо, запятнанное запекшейся кровью. Разбитая бровь, распухшая скула – все это меркло перед ее пустым, стеклянным взглядом и мертвенной бледностью.
Заметив меня, она плотно сжала губы, словно могла еще обо мне беспокоиться. Или это лишь игра моего воображения?
– Если еще хоть раз тронешь ее, – прорычал я. – Твоя голова окажется у ее ног.
– Как на счет, – он сжал ее горло, прижав спиной к себе, и направил нож в область живота. – Паразита, которой находится в животе?
Витэлия глубоко вдохнула носом воздух, но не издала ни звука. Сглотнув, я снова дернулся, сорвав один крюк возле лопатки, разрывая кожу.
– В вашей породе все нужно завоевывать только страхом? – осипшим голосом она обратилась к Бернардо.
– Там, откуда я родом, уважение нужно заслужить, – он сильнее сжал горло, кожа на шее покраснела.
Она так красиво улыбнулась. Величественно, не теряя хладнокровное спокойствие, но я читал внутреннюю борьбу со страхом в ее глазах. Только я видел ее прекрасные глаза.
– Удивительно, там, откуда я родом, с этим рождаются.
Женщина, которая пробралась ко мне в голову и навела порядок. Женщина, не побоявшаяся противостоять мужчине. Та, что всегда шла не по принуждению, а по собственному желанию.
Она сделала меня человеком больше, чем я этого заслуживал. Мне хотелось познавать ту часть себя, мне хотелось быть мягким для нее. Но каждый раз, когда я смотрел на ее палец с кольцом. Даже сейчас, когда я снял его. Проклятье. Гребанное кольцо. Ринальди просто чертов везунчик.