- Даже к маркизу де Фоконье?
- Ну, братец. Жить-то надо. Да и маркиз блюдёт приличия. Каждый раз он присылает за мной ничем не примечательную карету. И потом, надо же было найти того, на кого можно всё было бы повесить. А Жанна Фуше как раз из его дома. Если что, она может болтать всё что угодно. Про меня даже и не узнают, потому что она ни разу меня не видела. Я приходила, когда маркиз отпускал всех слуг, чтобы не компрометировать даму.
Высокая статная дама с чёрными волосами, похожими на вороново оперение, и тёмными блестящими глазами встала из-за стола, за которым во время всего разговора что-то толкла в толстой глиняной ступке, и подошла к молодому человеку в роскошном камзоле и великолепной шляпе с пышным красным пером. Подойдя к нему, она положила руки ему на плечи. Они были одного роста, и в неверном свете мерцающих свечей казались точной копией друг друга. Только тонкая ниточка усов выдавала лицо мужчины. Женщина приблизила своё лицо и, не отрывая глаз от глаз брата, медленно прикоснулась губами к его губам. Мужчина отбросил шляпу и впился в губы женщины жадным поцелуем.
После довольно продолжительного времени, во время которого мужчина яростно целовал лицо, шею и грудь женщины, а она в свою очередь лихорадочно раздевала его, он оторвался от неё, но только для того, чтобы, схватив в охапку и отшвыривая по дороге одежду, выбежать в соседнюю комнату, где свечи ещё не были зажжены, и бросить женщину на кровать, попутно избавляясь от остатков одежды. После недолгой возни, сопровождавшейся сладостным постаныванием, из комнаты раздался дикий рык, перемежающийся воем. Затем всё стихло. Расслабленные брат и сестра лежали на кровати. Он с видом удовлетворения и превосходства прикрыл глаза, а она положила голову ему на грудь и с довольной улыбкой перебирала кучерявую поросль внизу его живота.
Через некоторое время их блаженный отдых прервал стук в дверь.
- Что за чёрт, - проворчал Бертран.
- Я выясню, - Катерина соскочила с кровати, попутно закутываясь в тонкий пеньюар, который не столько скрывал её прелести, сколько подчёркивал их.
Прихватив свечу из соседней комнаты, она направилась к узкой тёмной лестнице.
- Госпожа, - раздался шёпот за дверью. – Госпожа! Ла Вуазен только что арестовали.
- Вот глупая курица, - пробормотала Катерина, открывая дверь. – Я же ей говорила, не готовить яды в тот же день, что и любовное зелье. Так тебе и надо, старая дрянь.
Глава вторая
Когда Катерина открыла дверь, на пороге она увидела худенькую девушку в простом платье горничной, которая стряхивала с себя капельки дождя.
- Кто ты? – спросила Катерина, приподнимая свечу, чтобы лучше разглядеть незнакомку.
- Вы можете меня и не знать, мадам. Но однажды вы помогли моей матери избавиться от отца, который нам не давал житья. Теперь мать владеет бакалейной лавкой, её жизнь процветает, и она собирается замуж. А я служу у госпожи Бопертюи.
- Это замечательно, что у тебя всё хорошо. Но ты произнесла имя Ла Вуазен и пришла ко мне. Я не понимаю…
- Мадам, дело очень серьёзное. Его не обговоришь за пять минут в дверях. Да и на улице дождь.
- Хорошо. Входи.
Она пропустила девушку внутрь, оглядела тёмную улицу и закрыла дверь. Затем, пройдя вперёд, посветила поднимавшейся за ней девушке.
- Плащ можешь бросить сюда, - Она указала на простой табурет у двери. – И садись к огню. Я хочу услышать, зачем ты пришла, а не как ты чихаешь.
Девушка села в кресло у догорающего камина, в который Катерина подбросила дров, и красноречиво глядела комнату, по которой была разброшена одежда, преимущественно мужская.
- Это мой любовник. Можешь говорить при нём. Сейчас он в соседней комнате, - произнесла Катерина и, подхватив некоторые части туалета, швырнула их в тёмную комнату.
- Сударыня, - начала девушка. – Меня зовут Дениза и, как я вам уже сказала, вы однажды оказали мне и моей матери услугу. Теперь я хочу отплатить вам тем же.
- Интересно.
- Я знаю, что вы называете себя Ла Филастр, - Катерина отвергающее взмахнула рукой. – Это я подслушала из разговора двух священников, д’Аво и Лесажа, когда они приходили к моей госпоже. Похоже, д’Аво очень любит вас, мадам. Любит настолько, что ревнует. И из ревности он следил за вами.
- Следил за мной! – Катерина вскочила.
- Да, мадам. Он знает, что вы бывали у двух итальянцев-алхимиков. Он следил за вами, когда к вам сюда приезжала карета, которая потом повезла вас к маркизу де Фоконье. Он знает. Что вы наведывались к Ла Вуазен. Словом, он знает всё. И он очень зол.
- И чем же мне это может грозить? – Катерина криво улыбнулась, пытаясь взять себя в руки.
- Я же сказала: Ла Вуазен арестована.
- И что?
- А то, что д’Аво её знает. Она помогала с его помощью его прихожанам улаживать денежные вопросы за счёт зажившихся родственников. И, когда Ла Вуазен начнут пытать, она расскажет всё, что знает. За Ла Вигуре ничего не скажу: она слишком упряма. Но за Ла Вуазен я уверена.
На пороге комнаты показался почти одетый Бертран де Го. Дениза внимательно оглядела великолепного кавалера.
