Елена растеряно смотрела ему в спину, пытаясь вспомнить, когда она говорила нечто подобное. Либо ее подводила память, либо вампир в очередной раз заигрался с ревностью. И второе сейчас казалось ей более вероятным. Так и оставив сумки на полу в коридоре, она спустилась следом за молодым человеком и, оглядываясь по сторонам, выбежала на улицу. Стройную фигуру, одетую во все черное, стремительно направляющуюся в сторону Ягуара, она заметила сразу же. Не дожидаясь, пока он скроется из виду, девушка бросилась через дорогу и в следующую минуту уже распахивала дверь пассажирского сиденья.
— С чего ты взял, что понял меня правильно? — спокойно спросила она, с тихим щелчком захлопывая дверцу. Посмотреть на Дамона она не решалась, из страха ощутить на себе колючий взгляд.
— Тогда я весь во внимании, — колко ответил вампир, сжимая руль с такой силой, что побелели костяшки пальцев. — Почему ты не хочешь ехать в Италию? Если причина не в нашем дорогом Стефе, тогда я охотно ее выслушаю.
Он повернулся к ней лицом и испытующе стал рассматривать, дожидаясь ответа.
— Ты сегодня удивительно мил, — констатировала девушка, отворачиваясь к окну. — Я боюсь не себя и своих чувств, а тебя. Ты же делаешь такие выводы, от которых я начинаю теряться! Любая мелочь в состоянии заставить тебя сомневаться во мне. Неправильное толкование взглядов, жестов, слов, дыхания…
— Приятно, когда рядом есть чудовище, на которого можно все свалить? — не стал дослушивать ее Дамон. — До аэропорта езды около часа. Так что я пойду, потороплю твоих друзей.
Выходя, он сильно хлопнул дверцей, отчего задрожали не только стекла, но и девушка, сидящая внутри. У нее не осталось ни малейшего желания спорить с ним. Что-то доказывать этому… В общем, Елена решила поберечь нервы.
Прошло не меньше десяти минут с того момента, как ушел вампир, когда, наконец, дверь отеля распахнулась и из нее вышли радостные Мэтт с Бонни за руку, и разъяренный Дамон. Вампир нес на себе по меньшей мере четыре огромные дорожные сумки при том, что парень, шагающий рядом с ним, решил вообще воздержаться от таскания тяжестей, ограничившись лишь сумочкой своей девушки.
Через минуту все уселись по машинам и отправились в путь. Елена прикусила губу, заставляя себя смотреть куда угодно, лишь бы не встречаться глазами с любимым мужчиной.
— Извиняться я не буду, — буркнул он, разрушив двадцатиминутное молчание. Юноша чувствовал, что своими словами сделал очень больно, но не позволил своей жалости поднять голову. Елена сделала ему гораздо больнее, о чем в принципе и не подозревала.
— Я не прошу тебя извиняться, — слабым голосом произнесла девушка. — Я так скучала по тебе, а что получила взамен? Сначала ты назвал меня эгоисткой, а потом и вовсе сделал из меня виноватую, да еще не желаешь объяснить, что именно я сделала не так.
Она не хотела этого говорить, слова сорвались с языка прежде, чем пришло осознание того, что именно она несет. Упреки могли лишь усугубить ситуацию. Дамон не был тем человеком, или вампиром, которого можно было пристыдить.
— Я скучал еще больше, принцесса, — голос стал более мягким, спокойным. Он потянулся к ее руке, и нежно сжал ладонь девушки. — Но получил взамен еще меньше твоего. Сначала ты старательно надо мной издевалась, пугая своим состоянием. А потом призналась, что не знаешь, сможешь ли устоять перед моим слюнявым родственником. Самая приятная новость за день!
Вампир глухо зарычал, но его рык потонул в сытом урчании мотора, потому как он прибавил газа. Мэтт, едущий сзади, немного отстал.
— Тогда мне стоит извиниться первой, — виновато признала девушка, поворачиваясь лицом к юноше. — Прости меня. Я не хотела делать тебе больно.
— Мне не нужны твои извинения, — Дамон на секунду оторвал взгляд от дороги и коварно улыбнулся.
Елена могла поклясться, что догадалась, о чем он, но решила перестраховаться:
— Тогда что?
— Во-первых, полная покорность, — стал он загибать пальцы на ее левой руке. — Во-вторых, оплата за уроки возрастет дважды в цене. В-третьих, я давно не слышал от тебя одной фразы, — юноша не стал заканчивать и сразу перешел к четвертому пункту, — В-четвертых, я недавно прочитал, что поцелуй красивой девушки в состоянии превратить любое чудовище в человека. Думаю, не мешало бы проверить.
— Во-первых, — в тон ему начала перечислять девушка, вырисовывая на его ладони всяческие загогулины, — Я итак во всем тебя слушаюсь.
Елена не стала обращать внимания на его недоверчивый взгляд и продолжила:
— Во-вторых, к твоим расценкам я готова прибегнуть и без всяческих уроков. В-третьих, я очень тебя люблю, — она по возможности попыталась выразить взглядом все те чувства, которые испытывает к нему. — В-четвертых, ты никогда не был чудовищем. По настоящему, я имею в виду. Ну и вот…
Она неловко наклонилась к нему, пренебрегая правилом о том, что отвлекать водителя за рулем опасно, и со всей присущей ей нежностью поцеловала.