Волков тянул невидимые нити к Еве и обвивал ими ее руки. Самое удивительное, что она начала ощущать тепло. Печень на глазах выросла и поменялась в цвете. С нее стекала черная жидкость, падая на живот Молохову. Волков сделал движения пальцами возле раны и яд, наткнувшись на незримую преграду, побежал струйкой на пол. Колени у Евы быстро намокли.
— Эта кровь мне может причинить вред? — с беспокойством спросила она.
— Что? — отвлекся от плетения потоками Волков. — Нет, твоя аура защитит тебя. Главное, что ты в перчатках и одета. Вот если бы была без…
Ева посмотрела на него. Волков понял, что сказал не то.
— Это было слишком, да? Я имел в виду, что защита — это одежда… Тьфу! Черт тебя! Одежда — это защита и без нее лучше не браться за такие дела. И вообще, не отвлекай меня!
— Я бы тоже предпочел, чтобы твоя помощница работала без одежды, — как бы невзначай произнес Молохов.
— Не сметь! Даже думать об этом забудь!
— Лечение проходит мгновенно, — продолжил говорить клиент, повернув голову к Еве.
Девушка взглядом вернулась к Волкову. Тот был недоволен.
— Они будут постоянно так соблазнять, давя на жалость или задаривая деньгами. Но мы не продаемся. Это ясно?!
— Да.
— Я всего лишь предложил вариант попроще, — тихо ответил клиент. — Давно бы все разошлись по домам.
— Сейчас я возьму твою точку Тьмы и натяну ее… — рассердился Волков.
— Молчу.
— Чтобы заткнуть клиента и добавить еще немного жизненной энергии для быстрого восстановления, возьмем точку Связи.
Волков коснулся лица Молохова, взял нечто двумя пальцами и понес это к Еве. Молохов потянулся вслед за рукой Волкова, выпучив глаза. Рот у него будто склеился, стол вырывался из груди, но не мог вырваться наружу. Волков потряс рукой, оборвав невидимую нить. Клиент дернулся и приземлился затылком об пол.
— Вот что будет, если много болтать.
Волков обмотал разрастающуюся печень серебряной нитью.
— Я вижу! — вскрикнула Ева.
— Что видишь?
— Паутинку! Идет от моих рук…
Ева повела взглядом по тонкой нити и заметила ее начало у самого рта Молохова. Но присмотрелась и обнаружила, что там она не заканчивалась. Поток разрастался в точке и уходил к глазам и затылку, а оттуда вдоль по позвоночнику, возвращаясь к солнечному сплетению. Это место было словно перекрестком дорожек, от которого в руки и ноги шли серебряные ручьи. Делая оборот, часть энергии шла к сердцу. Пульс разгонял потоки, отправляя их в другие точки. Вся система переплеталась между собой, светясь и наполняя округу теплом. На мгновение Еве показалось, что она очутилась под самой яркой лампой.
Волков схватил ее за руки и потряс.
— Тише-тише! Ты оставишь нашего клиента без жизненных сил!
Ева моргнула. Световые потоки исчезли. Она вновь видела обычное бледное тело Молохова и Волкова, чье горячее прикосновение ощущалось сквозь перчатки.
— Это все отлично, только не высасываем чужую энергию и свою не отдаем. Да?
Волков проникновенно взглянул.
— Я помню.
— Тогда давай заканчивать.
Он взял серебряные нити, идущих от рук клиента, и намотал на светящийся клубок, в который превратилась печень. Ева ощутила, как орган вырос и стал еще тяжелее.
— Держишь? — спросил Волков. — Почти готово.
Он положил руки на переплетенный клубок, залив его светом. Серебряные нити потрескались и исчезли. Ева увидела, как на ее ладонях лежала приличных размеров бурая печень, которая могла бы подойти обычному человеку.
— Она ненастоящая, — будто читая ее мысли, ответил Волков.
— Не понимаю, зачем тогда создавать органы.
— У человека есть вместилище, а я создаю этот сосуд, куда селится душа.
— Все равно у меня полно вопросов.
Волков забрал у Евы печень и затолкнул ее обратно в живот Молохову. Словно опытный сантехник, он подсоединил орган к системе и запаял рану свечением из ладони.
— Я на всё отвечу. Постепенно. А сейчас вставайте, господин Молохов, проверим, как работает ваш обновленный организм.
Ева вскочила на ноги и осмотрела мокрые джинсы с испачканной в густой крови обувью.
Клиент присел, но попытки встать оказались безуспешными. Он помотал головой и жалобно посмотрел на Еву.
— Нет-нет, давай сам. Никакой поблажки, — строго сказал Волков.
Молохов приподнял руку и жестом показал, что ему нужно было немного.
— В комариный напёрсток бы не налил.
Посетитель вздохнул и, не опираясь руками, поднялся на ноги. Ева раскрыла рот от удивления.
— Браво, господин Молохов, мой помощник почти поверил.
— Может быть, в будущем вы пересмотрите методы…
Но Волков не дал ему закончить и указал на дверь.
— Я пришлю счет сообществу.
Клиент низко поклонился, быстро оделся и, не прощаясь, покинул кабинет. Волков упал в гостевое кресло, сложив на животе грязные руки.
— Как тебе наш первый рабочий день?
Ева неуверенно пожала плечами.
— Я еще не поняла, что вообще происходит. Вот только все было нормально…
— А теперь что не так?
Дверь резко открылась и в кабинет вошла Ирин, толкая перед собой ведро со шваброй.
— Можно убраться?
— Нужно, — кивнул Волков.
Осторожно переступая пятна крови на каблуках-шпильках, секретарь начала мыть полы.