Он уже представлял, как такси подъезжает к дому; вот он достает из кошелька банкноту и протягивает ее водителю; ждет, пока тот отсчитает ему сдачу, но натыкается на растерянный взгляд водителя.
Какое-то странное чувство посетило Уилла в момент, когда он открывал глаза. Конечно, он все это себе вообразил. До дома еще минут семь.
Было ли это предчувствием? Уилл мало когда таскал с собой наличность, предпочитая держать сбережения на карте. Расплачиваться цветными бумажками, как в допотопные времена в двадцать первом веке Уилл считал безумием и глупостью.
И все же его не покидало странное ощущение происходящего. Он достал из кармана пиджака бумажник и заглянул внутрь.
Единственная пятидесяти долларовая купюра одинокой полоской покоилась на дне кошелька. Поездка обойдется доллара в три. Он сказал про сдачу оператору; но выслушать ответ не удосужился; в этот момент его больше заботило, чтобы никто не начал стучаться в туалет, где его кишечник давал концерт.
Да и оператор мог забыть пометить это в заказе.
Можно было бы поискать наличку дома, но Уилл сомневался, что отыщет что-то меньше десяти долларов одной купюрой. Уилл не был скупердяем, никогда не был против чаевых в ресторанах или такси, но считал, что семь баксов чаевых за десять минут пути это многовато. При условии, что дома найдется десятка.
− Простите приятель, — сказал водитель, обращаясь к Уиллу. — Так вышло, что у меня нет с собой мелких денег. На предыдущем заказе пришлось отдать весь размен, а оператор сказала, что вам нужна сдача с пятидесяти. Нужно куда-нибудь заехать и разменять.
Словно мысли прочитал.
− Тут где-то поблизости есть что-то работающее в такой поздний час? — Спросил Уилл. В этой части квартала он не бывал до встречи с Эмилией.
Водитель переваривал его слова пару секунд, затем слегка повернув голову, ответил:
− Да. Правда, единственный небольшой торговый центр, работающий до двух ночи, есть только на Вешн-стрит. Придется дать крюк. И проехать пару кварталов. Но вы не переживайте, мы быстро обернемся.
Придется потерпеть, подумал Уилл.
− Поехали, — сказал Уилл и погладил взбунтовавшийся живот.
Водитель повернул машину и прибавил газу.
Спустя минут пятнадцать, они подъехали к небольшому торговому центру.
− Ну и райончик, — сказал Уилл, вглядываясь через затемненное стекло дверцы машины.
− Да, квартал тот еще, — вздохнул таксист. — Первый раз тут?
− Да. Я в городе не особо давно; перевелся по делам компании. Местный филиал его фирмы расширялся и Уилла перевели всего полгода назад. Он был перспективным сотрудником и высшее руководство намекнуло, что если он поможет фирме выбить контракт с рекламной кампанией, то сможет стать партнером. Уилл с головой ушел в работу и не часто выбирался за пределы своего спокойного, почти богатого района.
− Тут в основном живут работяги; заводские и строители. У меня тут приятель работает в полицейском участке. Шпану гоняет через день. Местные рабочие вечно злые. Выпускают пар в баре. В худшем случае на женах. Забулдыг тоже хватает. Но в основном тут спокойно. Если не нарываться. — Пояснения таксиста вогнали Уилла в уныние.
Квартал, в который завернуло такси, до понятия трущоб, конечно, не дотягивал, но с первого взгляда становилось очевидно, что эти улицы не самые благоприятные.
Дорожное полотно давно не ремонтировалось. Побитый асфальт пешеходных дорожек выглядел угнетающе. Темные, жилые дома явно нуждались в косметическом ремонте. Поддержанные автомобили стояли как попало. Некоторые уличные фонари не работали.
Само здание маленького торгового центра было таким же обшарпанным, как и все вокруг. Да и торговым центром называть это здание можно было с натягом. Трехэтажное, оно представляло собой бетонную коробку наличником которого служила побившееся во многих местах плитка. Судя по вывескам на фасаде, в здании располагалось всего шесть магазинов, одна аптека, офис какой-то мало известной тур фирмы, табачная лавка, Мак-Кафе, ларек с уличным кофе и палатка с «Мясом в лаваше». Территорию центра освещало всего два фонарных столба, свет которых был не в состоянии разогнать множество недружелюбных теней, в которых утопало здание в вечернее время, как сейчас.
Уилл почувствовал себя как-то не уютно. Теперь ему показалось, что семь баксов чаевых не такая уж и большая сумма.
Пустынная улица пугала Уилла.
Летние столики Мак-кафе казались почти заброшенными.
Неоновые вывески на здании мерцали аляповатыми пятнами абсолютно неуместными в столь мрачной обстановке.
Такси, сделав небольшой круг, медленно покатило к парковке у центра. Во многих жилых домах горел свет. Это немного успокаивало.
Уилл выдохнул. Тут живут люди, а значит, нет ничего страшного. Просто ты не привык бывать в таких местах. Многие годы ты видел только ухоженность этого мира, купленную за деньги. Комфорт, как иллюзия статусности и защищенности. К этому быстро привыкаешь. И спустя время, весь остальной мир начинает казаться диким и опасным.
Не привычным. Он заставляет нервничать и потеть.
