Обычно мои проказы оставались безнаказанными, приходилось лишь выслушать довольно длинную речь о моем нехорошем поведении, с последующим раскаянием с моей стороны. Правда, иногда я творил нечто поистине грандиозное, естественно, по мнению моих родителей. К примеру, прошлогодний "случайный" поджог дедушкиного сарая с лодкой вошел в историю моих проказ. Или случай, когда меня мокрого до нитки привел домой полицейский и заявил, что я по канализации пытался проникнуть на закрытую территорию завода. С меня ручьем стекала вода и я залил весь пол протухшей вонючей водой. Амбре стояло невероятное, а взгляд полицейского был жутко осуждающий, мол, смотрите, какого плохого сына воспитали. Отец, увидев сие безобразие, устроил показательную порку прямо на месте. Если бы я знал, что канализация окажется рабочей.
Впрочем, Тимке повезло еще меньше, он от страха быть пойманным просидел в зловонной канализации до самой ночи, не зная чего бояться больше - быть пойманным полицией или наткнуться на загадочную крысу-мутанта о которой ходили байки и которую мы и пытались найти...
Так вот даже тогда моя мать вела себя иначе и никогда не молчала. Грязные джинсы не столь знаменательное событие, но все равно стоили хоть пары 'ласковых' слов.
Сегодня она лишь грустно смотрела на меня, а потом из глаз брызнули слезы и она, обняв, притянула меня к себе. Я обнял ее в ответ, чувствуя, что случилось что-то поистине ужасное и непоправимое. Не могла же она так расстроиться из-за джинсов! Я не выдержал:
- Мам, не молчи, скажи что случилось!
Глядя в ее изможденное лицо, я уже перепугался не на шутку.
- Что-то с отцом?
Мы пошли на кухню, сели и она начала издалека:
- Понимаешь сынок, иногда люди любят друг друга долгое время, но потом становятся словно чужие. Начинают ссориться, отдаляются и...
- Он бросил нас, да?
Трагедия вселенского масштаба оказалась просто очередной выходкой отца. Однажды он уже уходил, и его не было целых три дня. Но проголодавшись, он быстро передумал и, оставив свою холостяцкую квартиру, вернулся с повинной.
- Ничего, подождем немного и он вернется, так же, как и в прошлый раз. И могла бы прямо сказать, а то начала издалека, словно я маленький!
Но мама думала иначе.
- На этот раз все по-другому. Я не считаю тебя маленьким, просто не знаю как сказать, - она всхлипнула, - У него другая женщина. Давно. Очень давно. Она была все время, и он постоянно нам врал.
Чем больше она говорила, тем безнадежней звучал ее голос.
Выяснилось, что отец был женат до знакомства с мамой. Он поссорился с женой и расстался, а потом встретил маму, они поженились. Вскоре заскучал за прежней жизнью и стал жить на две семьи, тем более что от первого брака у него был ребенок. А теперь та женщина потребовала сделать выбор, и он выбрал. Вроде как тот его сын оказался невероятно одаренным парнем, его пригласили в какой-то жутко дорогой универ, и чтобы его будущее стало действительно замечательным нужно много денег на учебу, и отец этим и займется. Ну да, я-то не такой одаренный...
Но самое страшное, что брак с мамой оказался фиктивным, по поддельным документам. У меня даже фамилия была ненастоящая. Я в ужасе смотрел на маму. Она так же смотрела на меня. Ее привычный мир рухнул, открылся страшный обман. Даже смерть не принесла бы столько боли.
Я почему-то сразу подумал о деньгах. Вот почему нам постоянно их не хватало. Зарабатывал отец не очень много, и матери работать запрещал. Женщина должна сидеть дома, нянчить детей, готовить борщ, стирать носки и ублажать мужа.
А он в свою очередь и так небольшую зарплату делил на две семьи. И еще часто пропадал в командировках, бывало, возвращался злой и раздраженный. Часто закрывался в спальне или на балконе и долго разговаривал по телефону, якобы по работе. Мне стало противно.
- ... И так как наш брак фиктивный, я не могу претендовать ни на алименты, ни на компенсацию, - продолжала мам, - Конечно, можно сделать ДНК анализ, чтобы подтвердить отцовство, - меня перекосило от этих слов, - он обещал помогать, но как я могу сотрудничать с человеком, который врал мне всю жизнь?! - Ее голос сорвался на крик, но она быстро взяла себя в руки, словно испугавшись моей реакции, вытерла слезы и посмотрела на меня. Мне нужно было что-то сказать, но я потерял дар речи. Что в таком случае может сказать пятнадцатилетний пацан? 'Мама, не плачь, все будет окей, я типа мужик и все организую'? Я всего лишь перепуганный школьник, у которого в голове ветер. А тут раз, и детство закончилось, да еще так жестко. Я должен, что-то сказать, но не могу. Мне нечего сказать.
Но, мама у меня одна, и я ее очень люблю. Просто жизненно необходимо поддержать ее. Собрав все силы я, насколько хватило фантазии, бодрым голосом сказал.
- Мам, у нас все получится. Ты только не плачь. Ты ведь не одна. - Я накрыл ее холодную ладошку своей рукой и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ, словно обретя уверенность. Я же этого не чувствовал.
***
Где-то на Тропе Бесконечности.
