Коллега привёз увесистую фигурку песочного цвета, весьма искусно вырезанную из камня. Скарабей был покрыт таинственными надписями, которые могли вовсе ничего не означать: маловероятно, что на продукции, выпускающейся для массового потребления, могло быть написано нечто связное. Коллега, правда, утверждал, что купил этого жука втридорога в какой-то полузабытой деревеньке и клялся, что продавец, весьма колоритной наружности старик, этого самого скарабея ему чуть ли не насильно впихнул. Но мне показалось, что он просто набивает цену своему подарку. Место симпатичному жуку было определено на комоде в моей единственной комнате, где он и находился до сих пор в полном здравии рядом с маленькой нефритовой пирамидкой, прикупленной мной непонятно для чего в магазине "Всё от 49".
– Слышал,– ответил я,– не умничай.– Они вообще не опасные?
– А,– хмыкнула Рыжая,– насмотрелся американских фильмов, в которых они пожирают всё, что движется? Не переживай, они питаются навозом крупных животных, тебя не тронут. Если, конечно, я не прикажу.
Я не стал уточнять, откуда в этих коридорах берётся навоз. С неё, пожалуй, станется водить за собой парочку коров или лошадей.
Но выглядеть в её глазам трусом мне хотелось, поэтому я решительно заявил:
– Кишка тонка!
– Хочешь проверить?– Рыжая нахмурила брови, отчего показалась мне ещё более привлекательной.
– Ладно-ладно,– ответил я примирительным тоном,– вот заведу своих жуков, устроим морской бой.
Она рассмеялась приятным грудным смехом и спросила:
– Во сколько планируешь просыпаться, адмирал?
– В семь утра. А что?
– А то, что до семи осталась пятнадцать минут. И тютю.
– Тютю? Это ты о чём?– спросил я с тревогой.
– Проснёшься, дурачок,– ласково пояснила она.– А ты о чём подумал?
– Интересно, а откуда ты знаешь, сколько сейчас времени?
Она с жалостью посмотрела на меня, а потом резко поднесла к моим глазам запястье левой руки. На нём были часы.
– Ты во сне контролируешь время?– спросил я и тут же подумал, что мог бы и сам догадаться об этом.
– Всегда. Часы для любого сонтика вещь необходимая. Всё забудь, а часы возьми.
Мне сразу же вспомнился тот отрывок из статьи Спиуже, где он несколько раз подчёркивал: отсутствие часов на руке одна из главных ошибок, допускаемая новичками при попытке войти в контролируемый сон.
"Только после нескольких сотен подобных снов у человека появляется ощущение реального времени,– писал он,– но, надо признать, не у каждого. Из малочисленных данных "Тёмных хроник снов" до нас дошли сведения о сверхспособностях некоторых индивидуумов, способных перемещаться по пространству сон-явь с поразительной лёгкостью, но многими современными сноходилами такая возможность полностью отвергается в силу… ".
В силу чего, я помнил плохо.
"Тёмные хроники снов" были представлены в Сети десятком коротеньких бессвязных нарезок, рассказывающих о невероятных контролируемых снах. Большинство обитающих в Сети считало "Хроники" бредом, который сознательно подкидывали противники идей контролируемых снов с целью внести сумятицу в не очень дружные ряды снопроходцев.
– Сонтик? Такого слова я не встречал.
– Сонтики, сноходилы, снопроходцы, соняши, сонливые, сонные,– терпеливо начала перечислять Рыжая,– названий много, суть одна.
– И в чём же суть?– спросил я.
– Проснуться,– ответила она.
– Но ты же сама сказала, что я проснусь в семь часов!
Рыжая внимательно посмотрела по сторонам, потом приблизила губы к моему уху и тихонько прошептала:
– Проснуться по-настоящему, понимаешь?
Я не понимал.
– Если человек должен проснуться в семь утра,– сказал я, то он проснётся. И начнётся новый день. А потом придёт ночь, и он опять заснёт. И так будет продолжаться до тех пор, пока…
– Тебе об этом пока думать рановато,– сказала она.– Что, совсем ничего не понимаешь?
– Нет,– ответил я,– тебя трудно понять. Говоришь загадками. Ходишь по загадочным местам. Жуки эти, которые тебе повинуются. Где мы вообще находимся?
– Напряги мозги,– она смотрела мне прямо в глаза,– где могут жить скарабеи?
Я пожал плечами:
– Да где угодно. Например, в Египте.
– Бинго!– торжественным голосом объявила она.
– Ты во сне бродишь по Египту? Бесплатный туризм? Загар и всё включено?– съязвил я.
– Под светом скарабеев загоришь не сильно,– парировала Рыжая,– и брожу я не по всему Египту, а по отдельно взятой его части.
– И по какой же именно части?
– Сорви бинго ещё раз,– хмыкнула она.– Египет, тёмные узкие коридоры, множество развилок, кошмарные скарабеи: где мы?
Перед глазами вдруг возник мой икеевский комод, на котором мирно соседствовали скарабей и нефритовая пирамидка.
– Мы в пирамиде!– громко выпалил я.
Жуки на стенах мигнули, словно радуясь моей сообразительности.
– Какое знание географии,– с сарказмом произнесла Рыжая.– Только, пожалуйста, не кричи так громко, умник.
– И что мы тут делаем?– поинтересовался я, никак не реагируя на сомнительный комплимент.
– Не мы, а я,– поправила Рыжая.– Я ищу одну… одну вещь, которая меня, скажем, интересует. А ты кричишь и пугаешь моих жуков.
