В середине шестидесятых Крамб экспериментировал с лизергиновыми путешествиями, а сам препарат он называл «размытой кислотой». Все началось с «… обычного ощущения – зрительных эффектов и расширения сознания до бесконечности. Но потом все вдруг неожиданно кончилось, словно размылось и потеряло контуры и четкие очертания, исчез звук. Исчезло все – это было очень странно, но не особенно страшно. Следующие пару месяцев я чувствовал себя, как тот парень в «Стертом мозге»… все было каким-то нереальным, как в сновидении». Именно в состоянии такого сновидения, в период между мартом и апрелем 1966 года, Крамб, как он сам говорил позже, отказался от идеи понять, чем он, собственно, занимается, и вместо этого создал серию комических лент. Восприятие было обострено, ассоциации размыты. «Это был гротескный калейдоскоп, сумасшедший и мишурный карнавал разорванных образов, разбросанных по поверхности действа… особенно если я просто сидел и просто пялился в пространство, как я часто делал. Было трудно работать в таком состоянии, я был по-настоящему сумасшедшим, натуральным психом. Я сидел, тупо глядя в пространство, на диване в квартире Марти, или бесцельно катался в автобусе по Чикаго. Эти дергающиеся персонажи рисованных мультиков, которые мне мерещились, были просто отвратительны. Они не были ни красивыми, ни поэтичными, ни духовными, они были похожи на бренчащее под рукой настройщика пианино, бренчание, которое вы не в силах прекратить. Это страшно раздражает. Но какое это было благо для моего рисунка! Именно в этот смутный период я зарисовал в блокноте всех моих будущих персонажей на следующие десять лет: Мистер Нэчурал, Флэйки-Фунт, Шаман-Хьюман, Снойд, Демоническая Стерва… Это был неповторимый опыт, такого я не испытывал никогда за всю мою жизнь. Это было, как религиозное провидение, радикально меняющее жизнь, но в моем случае это было психотическое проявление мрачной и темной стороны коллективного бессознательного Америки».[37]
Так как измененное восприятие и расширенное сознание побуждают к творчеству, Джонс предположил, что это был подходящий период для собирания идей и вдохновения.
Но творческое осуществление этих созревших идей и вдохновения требует самого их возникновения из психоделического «Стертого мозга» – только в этом случае могут восстановиться силы концептуализации. Те же идеи можно видеть и при семантической деменции: растормаживание зрительного восприятия может осуществиться в виде художественного творчества, если будут относительно сохранными другие способности – способности к планированию и многозадачности, а также суждения и мотивации.
Джонс приступил к сравнению вдохновленной ЛСД работы Крамба с работами, сделанными до начала приема ЛСД, и предположил, что прежние произведения могут продемонстрировать большие искажения в восприятии, чем последующие.
Он проанализировал и закодировал 308 страниц комиксов Крамба, написанных в 1958 году (до того, как Крамб начал экспериментировать с психоделиками), затем в 1965 году, когда эти эксперименты начались, затем в 1967 и 1968 годах, которые последовали за приемом «размытой кислоты», а затем проанализировал поздние работы, сделанные в 1977 и 1978 годах после того, как Крамб прекратил прием ЛСД.
Работы Крамба до периода увлечения ЛСД имели наименьшую степень «нарушения восприятия», и этот термин включает в себя утрату границ, интенсивность работы, дезорганизацию, искажения, абстракции и фрагментацию. На самом деле, в рисунках нет и намека на фрагментацию, дезорганизацию или искажения в самом начале карьеры Крамба, что, конечно, можно объяснить тем, что его мастерство только начинало набирать силу. После того, как Крамб начал принимать «размытую кислоту», перцептивные нарушения резко активизировались – за 1967 год было обнаружено 127 случаев перцептивной «дезорганизации», и ни одного случая в 1965 году. Эта работа после опыта с «размытой кислотой» воспринимается многими как его лучшее творческое достижение. Эти перцептивные нарушения оставались еще в течение двух лет после того, как Крамб прекратил принимать психоделики. Таким образом, утверждает Джонс, текучесть сознания и перцептивный хаос продолжали влиять на работу Крамба и после отказа от кислоты.
