– Я начал это делать полтора года назад, – сказал он. – Я стал копить наличные деньги и золотые монеты в сейфах в Калифорнии, Неваде, Аризоне. В разных городах я открыл счета под вымышленными именами и под разными номерами карточек социального страхования. Все остальное я постарался вывезти из страны.
– Почему?
– Потому что так я могу быстро реагировать на все изменения в стране.
– Вы что, думали, что вам придется скрываться таким образом?
– Нет, мне просто не нравилось то, что происходило в отделе по компьютерным преступлениям. Меня научили работать с компьютерами и объяснили все о свободах. Но на самом деле они старались, насколько возможно, ограничить все свободы.
Элли принялась его расспрашивать:
– Мне казалось, что основная идея состояла в том, чтобы не позволить криминальным типам воровать с помощью компьютеров и портить банки данных в сберегательных банках и во всех прочих.
– Да, я всецело поддерживаю подобный контроль. Но они хотели контролировать абсолютно
– Вы видите, как приходит новый мир...
– ...как сбежавший грузовой поезд...
– ...и вам это не нравится...
– ...я действительно не желал принимать в этом участия.
– Вы себя считаете панком от кибернетики или просто желали быть вне закона?
– Нет. Я просто хотел выжить.
– И поэтому постарались не фигурировать во всех официальных файлах? Это что-то вроде страховки, так?
Выражение его лица не изменилось, но лицо потемнело. И показалось ей измученным. Это было естественно после перенесенного им за последние дни. Но сейчас вдруг у него глубоко запали глаза, он согнулся и сразу постарел.
Помолчав, заговорил:
– Ну, сначала я просто готовился убраться отсюда. – Он вздохнул и провел рукой по лицу. – Все это, наверное, странно звучит. Однако поменять имя Майкла Акблома на Спенсера Гранта казалось мне недостаточным. Я уехал из Колорадо и начал новую жизнь... все равно мне чего-то не хватало. Я не мог забыть, кто я был на самом деле... чьим сыном я был. Я решил вообще уничтожать себя медленно, старательно, методично, пока невозможно будет определить, что я вообще существовал, под
– А потом? Когда вы уничтожили все следы своего существования?
– Вот этого я как раз и не решил. Что потом? Что дальше? Вообще убрать себя из жизни? Совершить самоубийство?
– Это не для вас.
Элли почувствовала, как ей стало плохо при одной мысли об этом.
– Да, вы правы – это не для меня, – согласился он. – Мне никогда не хотелось сунуть в рот дуло пистолета или сделать что-то подобное. Кроме того, у меня есть обязательства перед Рокки: мне нужно быть рядом с ним и заботиться о нем.
Собака лежала в проходе. Услышав свое имя, она подняла голову и забила хвостом по полу.
– Спустя некоторое время, – продолжал Спенсер, – хотя я еще не знал, как это сделать, я решил, что мне действительно лучше исчезнуть, стать невидимкой. Как вы говорите, наверное, потому, что грядет новый мир. Новый, смелый мир с высокими технологиями, с их благами и отрицательными чертами, с их проклятием.
– Почему вы частично оставили свои файлы о военной службе и еще некоторые полицейские файлы? Вы же могли полностью их стереть очень давно.
Он улыбнулся.
– Возможно, я посчитал себя слишком умным. Я решил просто поменять в этих файлах мой адрес, изменить кое-какие детали, чтобы файлы не могли никому пригодиться. Но, оставляя их, я всегда мог вернуться к ним и проверить, не ищет ли меня кто-то.
– Вы что, поставили там ловушки?
– Да, в некотором роде. Я поместил в эти компьютеры некие маленькие программы. Засунул их очень глубоко и аккуратно. Каждый раз, когда кто-то полезет в мои файлы без особого пароля, который я вложил в эти программы, система добавит небольшую звездочку в конце последнего предложения файла. Я собирался проверять их раз или два в неделю, и, увидев такие звездочки, я бы понял, что кто-то интересуется мной... Ну и, стало быть, пришло время уезжать из дома в Малибу и двигаться как можно дальше оттуда.
– Куда двигаться?
– Куда угодно. Просто двигаться, не прекращая.
– Но это сумасшествие, – заметила Элли.
– Да, наверное, это паранойя. – Она тихо засмеялась, Спенсер присоединился к ней. Потом сказал: – К тому времени, когда я оставил работу в полиции, я уже понимал, судя по тому, как менялся мир, что за каждым из нас будет кто-то следить. И это произойдет достаточно быстро. И поэтому большинству захочется, чтобы их было сложно найти.
Элли посмотрела на часы.
– Может, нам стоит сориентироваться по карте?
– У них в кабине есть карты.
Элли смотрела, как Спенсер шел в кабину пилота. У него были опущены плечи, он выглядел усталым. Казалось, что ему трудно ходить после всех дней, проведенных без движения.
