В холле коротко прозвенел звонок, оповещающий о прибытии лифта. Все напряглись — кто именно явился, они не знали. В соседнем помещении лежали тела убитых волков и вожака, оружие хранилось в подполье, и бежать за ним уже не осталось времени. Против любого врага они были беззащитны.
— Диана? — раздался встревоженный голос Ларса.
— А вот и истинный явился, — усмехнулся Свен, а Грег изумлённо свёл брови.
Поднялся, выходя навстречу, но его сбил с ног тёмно-коричневый волк с оскаленной пастью. Ларс нашёл мертвецов и почувствовал кровь пары, и это лишило его разума. Шерсть стояла дыбом, глаза налились красным, в своём безумии волк был готов убивать всех вокруг. Диана окликнула его, но ослабленный голос потонул в криках и ругани. Грег пытался столкнуть с себя гигантскую тушу, а волк клацал зубами, стараясь добраться к горлу.
— Ларс! — Свен огрел зверя по спине табуретом, но это не возымело эффекта.
Грег взвыл, когда волк вцепился ему в плечо, Свен ударил снова, и волк разжал пасть, чтобы перехватить удобнее. Грег снова попробовал обратиться, но боль отвлекла, и он лишь потратил драгоценное мгновение, снова оказавшись в пасти.
— Успокойся, Диана жива! И ей нужна помощь! — Грег руками схватился за чёрные губы, потянул в сторону, раздражая волка сильнее, и, когда тот дёрнулся, поцарапал нос, заставляя отпрыгнуть.
— Совсем сдурел! — рыкнул Свен. — Диана ранена!
Ларс тряхнул головой, наконец осмотрелся чуть более осознанно и, заметив Диану, бросился к ней. Положил огромную голову на плечо, заскулил отчаянно, вылизывая лицо и протянутые к нему ладони. Убедившись, что Диана жива, Ларс смог взять себя в руки и принять человеческий облик. Грег к тому моменту поднялся, с недовольством рассматривая порванную рубашку, а Свен отбросил побитый стул.
— Прости, прости меня, — зашептал Ларс, — не смог остаться в стороне, хоть и обещал. Терпел сколько мог, чувствовал твою боль и отчаянье и не удержался.
— Всё закончилось, всё хорошо, — Диана провела пальцами по любимым губам, чтобы Ларс случайно не сболтнул лишнего, — ты рядом, и мне уже хорошо.
— У неё пуля в лёгком, — заметил Свен, — поможешь? Ты вроде медицинский окончил.
Диана слабо хохотнула, она помнила, что Ларс учился на фармацевта, но, конечно, это лучше, чем ничего. И ему Диана доверяла, была уверена, что альфа сделает всё, чтобы спасти. Она расслабленно прикрыла глаза, чувствуя тепло и обволакивающий любимый запах. Теперь всё будет хорошо… обязательно будет…
— Ди! Держись, не отключайся!
Диана слышала встревоженный голос через плотное марево сна. Веки будто пудовые, а тело ватное. Не хватало сил, даже чтобы языком ворочать, хотя ей казалось, она реагирует и кивает на слова.
— Поднимите её, посадите. Ей нельзя лежать!
Голос у Ларса такой красивый, хоть и отчаянный. Немного грустный. Диане хотелось его обнять, успокоить и уверить, что всё будет хорошо. Просто отлично. Она выносит для любимого щенят, подарит силы и любовь, а следующей весной вместе они поедут к морю, можно даже на север, погуляют на природе, доверяясь зверю, и проведут романтический месяц только вдвоём. Это было бы прекрасно, восхитительно. Настоящий отдых для молодожёнов.
— Ди, слушай меня, не отключайся!
Диана отлично его слышала и чувствовала каждой клеточкой. Словно сливалась, соединялась горячим потоком, хлынувшим из груди, сплеталась венами и капиллярами, обволакивала его пальцы и руки. Ларс был в ней, полностью, испачканный её кровью по локоть, вошёл так глубоко, что, кажется, вывернул наизнанку. Диана вбирала его тело, собирала по кусочкам и хранила. Как сохраняла любовь, несмотря на испепеляющую ненависть. Плохое она в себе не оставила, вырвала вместе с проклятой пулей, которая предназначалась тому, кто не должен был вмешиваться и отбирать её жизнь.
— Диана, слушай меня! Иди ко мне! Не оставляй!
Диана послушно брела на зов, выпутывалась из мягкой перины забытья и желаний, где так удобно было мечтать и лелеять свои грёзы.
— Диана! — Ларс приказывал. — Прошу, проснись.
Разве она могла ему отказать, тем более её альфа так близко и почему-то очень расстроен. Диана пошла к нему, прорываясь через опутывающую паутину усталости и боли. Вперёд, преодолевая сопротивление, желая коснуться и быть только с ним. Последние два месяца она лишь ради него и старалась: терпела, спешила, забив на себя, лишь бы всё поскорее закончилось. Если бы не их встреча, не связь, показавшая, насколько прекрасной может быть её жизнь без насилия и жестокости, Диана могла бы откладывать свою месть годами.
— Ди! Ты мне нужна!
Диана выбралась на поверхность, вдохнула полной грудью, больше не чувствуя тяжести. Её волчица, счастливая и довольная, что смогла прийти на зов, радостно скулила и виляла хвостом, как обычный глупый пёс. Рядом с Ларсом Диана становилась очень глупой. И счастливой. Счастье делало её беспечной и слабой. Но между силой и своей любовью она всегда бы выбрала любовь!